Дверь распахнулась, и внутрь широким шагом вошёл Люк. Себастьян шёл за ним всего в нескольких шагах, скрывая хромоту; за ними теснился остальной батальон.
Лицо Люка было бледным и полосами вымазано кровью и копотью. Он выглядел иссохшим до костей, но глаза у него горели — ослепительно, лихорадочно-синие, — и вместо того чтобы обратить внимание на полевого командира, он сразу уставился на Хелену.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он.
Она поднялась.
— Мне нужно поговорить с тобой, Люк. Срочно.
Он моргнул и наконец перевёл взгляд на своего полевого командира.
— Кто её сюда пустил?
Прежде чем кто-то успел ответить, Хелена заговорила снова.
— Это касается Лилы, — сказала она.
Слова подействовали как заклинание. Всё внимание Люка мгновенно вернулось к ней; кадык дёрнулся, взгляд метнулся по сторонам комнаты.
— Хорошо, — сказал он после короткой паузы. — Поговорим. Себастьян, готовь всех к выходу. Мы отбиваем Штаб-квартиру.
— Нет, возьми его с собой, я пока его подлечу, а мы поговорим по дороге. Так будет быстрее, — сказала Хелена.
Люк посмотрел на неё настороженно, но кивнул. Он был таким знакомым — и всё же в нём было что-то неуловимо неправильное.
Ты должна была понять. Должна была заметить.
Он повернулся к полевому командиру, который выглядел совершенно потерянным.
— Возьми всех, кто ещё может сражаться, и начинайте двигаться обратно к Штаб-квартире. Мы с Себастьяном догоняем.
В глубине склада были комнаты, соединённые с соседним зданием, и, пока они шли туда, Хелена сунула один из обсидиановых ножей за пояс сзади, под куртку, скрыв его под юбкой.
У Себастьяна были треснувшие рёбра и рана на ноге — нож вошёл в одно из слабых мест доспеха.
Хелена дала ему один из последних пузырьков с лекарством, чтобы поддержать объём ткани и крови, которые ей предстояло восстановить. Не успела она остановить его, как он уже расстегнул грудную пластину и начал снимать её.
— Что с Лилой? — спросил Люк в ту же секунду, как дверь закрылась и они остались втроём.
— Ничего, — сказала Хелена. — С ней всё в порядке.
Лицо Люка вспыхнуло гневом.
— Я просто не знала, что ты в курсе насчёт ребёнка, — сказала Хелена, глядя ему прямо в глаза.
Себастьян вздрогнул.
— Какого ребёнка?
Люк напрягся так сильно, что в его броне щёлкнули крепления, но лицо осталось собранным. На Себастьяна он даже не посмотрел.
— Какого ребёнка? — повторил Себастьян.
— Ради этого ты сюда пришла? — спросил Люк, и в его синих глазах сверкнул ледяной блеск. — Из-за этого?
Сердце у Хелены билось так быстро, что отдавалось гулом в груди.
— Нет. Я пришла, потому что не понимаю, почему ты не позволил мне лечить Титуса, но при этом позволял мне заботиться о твоём наследнике.