— Вода из кувшина?
— Да.
— Кипячёная?
Малуша замерла.
— Какая?
Я стиснула зубы.
— Позже объясню. Дай сюда.
Я смочила край чистой ткани, протёрла Ясне лицо, заставила сделать несколько маленьких глотков. Девочка закашлялась, но вода прошла.
— Не давай ей спать, — сказала я Малуше. — Говори с ней.
— О чём?
— О чём угодно.
Малуша наклонилась к девочке:
— Княжна, помните, как вы вчера котёнка в житнице нашли?
— Он не котёнок, — прошептала Ясна. — Он мышелов.
— Вот, мышелов. Очень важный зверь.
Я приподняла рукав девочки. Тонкая детская рука. На внутренней стороне запястья — старый след от привязки или браслета. И свежая маленькая царапина. Неопасная. Но рядом кожа покраснела сильнее.
— Где настой?
— В моей горнице, — прошептала Ясна.
— Кто дал?
— Дуня принесла. Сказала, Ждан велел.
Имя лекаря легло в памяти отдельным камнем.
За дверью послышались быстрые шаги.
Малуша вскочила.
— Услышали!
Дверь распахнулась.
Вошёл мужчина с аккуратной бородой, в тёмной одежде, с кожаной сумкой через плечо. За ним — двое слуг и караульный. Мужчина одним взглядом охватил комнату: я у лавки, Ясна бледная, Малуша с мокрой тряпкой в руках.
Его лицо стало жёстким.
— Что ты делаешь с княжной?
— Помогаю ей дышать.
— Отойди.
— Нет.
Слово вышло слишком быстро.
Мужчина замер. Видимо, он не привык, что женщины говорят ему «нет».
— Я Ждан, княжий лекарь.
— Тогда вы должны были заметить, что ваш настой ей не подходит.
Он побледнел от злости.
— Ты, девка черноречская, будешь учить меня лечить?
— Если ребёнок после вашего лечения падает в обморок — да.
Малуша закрыла глаза, как человек, который уже мысленно простился с жизнью.
Ждан шагнул ко мне, но Ясна слабо сказала:
— Не кричи.
Он сразу изменился. Наклонился к ней, голос стал мягче:
— Княжна, кто велел тебе идти сюда?
— Никто.
— Она дала тебе что-нибудь?
Я поняла, куда он ведёт.
— Не смейте.
Ждан поднял на меня глаза.
— Что?
— Не смейте говорить, что это я.
— А кто? — холодно спросил он. — Ты была с ней одна.
— При Малуше.
— Служанка скажет то, что велит госпожа.
Я медленно встала.
— У неё сыпь, частый пульс, холодный пот и слабость после настоя, который дали утром. Если вы сейчас потратите время на обвинения, а не на помощь, это будет уже не ошибка. Это будет преступление.
Он не понял всех слов. Но смысл понял.
И возненавидел.
Снаружи раздался такой удар двери о стену, что Малуша вскрикнула.
В комнату вошёл Ратибор.
Не вошёл — ворвался.
Мех на плечах, снег на сапогах, лицо каменное. За ним появился Добрыня Каменный и ещё двое дружинников. В маленькой комнате сразу стало тесно и трудно дышать.
Ратибор увидел Ясну на лавке.