Тем временем в пластах духовного мира, намертво привязанных к Белдану, силуэт Лариона вновь обрел кристальную четкость и первозданную, пышущую силой форму.
Следом Он, словно играючи оседлав повадки духовных бестий, просочился сквозь незримый барьер, триумфально вырываясь из-под удушающих оков полиса.
Вот только стоило Ему пойти на прорыв и шагнуть в «Странствие», как перед Его очами внезапно сгустился кромешный мрак. Взору Понтифика предстало монолитное, непроницаемое полотно «ткани».
Эта преграда, уподобившись несокрушимой, глухой стене, наглухо перекрыла Ему путь к спасению!
Ларион с параноидальной бдительностью обрубил скачок. Вскинув голову, Он устремил взор в бездонные выси, туда, где сияла семерка Чистых Светов. Увы, Его глазам открылся лишь исполинский, иллюзорный «занавес», ниспадающий с небес и безжалостно отсекающий ту часть духовного мира, что соответствовала Белдану, превращая её в наглухо изолированный, суверенный карман реальности.
Синхронно с этим Его чутье «Охотника на Демонов» набатом возвестило: барьер, вытканный из этого «занавеса», козыряет железобетонной, монолитной прочностью. Пробить его с наскока — дохлый номер. Дабы выгрызть брешь, Ему кровь из носу придется вбухать колоссальную прорву времени и сил.
В картине мира этого Великого Понтифика весь развернувшийся спектакль отдавал какой-то сюрреалистичной, гротескной насмешкой. В Его душе клокочущим, неудержимым цунами вскипела ярость:
Это было сродни тому, как если бы Он, продравшись сквозь немыслимые тернии, наконец-то наложил лапы на заветный ключ от тайной комнаты. И вот, уже изготовившись распахнуть створки и дать деру раньше всех конкурентов, Он с остолбенением обнаруживает, что на двери висит еще один замок — дьявольски надежный и тяжелый!
«Фактуре не хватает подлинной плотности, это историческая проекция, выуженная из пор времени… Чистой воды мошенничество! Нет, стоп, эта дрянь раскинулась за пределами Белдана, наглухо ускользнув из-под юрисдикции местных законов… Стало быть, этот исторический фантом залег здесь в засаде уже давненько. Стоит обождать от силы пару минут, как он сам благополучно развеется в пыль, исчерпав лимит…» — Ларион виртуозно, в мгновение ока стряхнул гнев, восстановив ледяной рассудок. Его божественные якоря вновь нащупали безупречный баланс с подступающим первобытным безумием.
…………
В галерее храма Повелителя Бурь Рой сотоварищи, с горем пополам вынырнув из оцепенения, скрестили взоры на господине фокуснике — мастодонте, чей статус в их глазах ни на йоту не уступал ангельскому.