Кристально ясно осознавая то сокрушительное, абсолютное влияние, которое Внешние божества, возвышающиеся над любыми Последовательностями, оказывают на Свои исконные стези, Клейн вынес железобетонный вердикт: в подобных делах нельзя допускать ни малейшей, даже самой крошечной оплошности.
Благополучно завершив молитву, он потомился в ожидании еще добрых пять минут. И лишь окончательно удостоверившись, что божественного отклика не последует, юноша поднялся на ноги. Водрузив на голову высокий цилиндр странствующего фокусника, он неспешным, размеренным шагом покинул своды этого храма Ночи.
Положа руку на сердце, для него этот ритуал был сродни банальному исполнению долга по передаче агентуры. А уж как именно этой информацией распорядится «Богиня Вечной Ночи», и соизволит ли Она ниспослать какие-либо оракулы — вмешиваться в эти заоблачные материи ему было откровенно не по зубам.
Ему оставалось лишь всецело уповать на то, что Владычица Багрянца обладает поистине божественной мудростью и кристально ясно расставляет приоритеты.
…………
Баклунд, Южный район Баклундского моста, Церковь Урожая.
Эмлин Уайт, вальяжно сойдя с подножки собственного экипажа, искоса мазнул взглядом по надежно укрытому свинцовыми тучами и блеклой дымкой солнцу. Затем юноша неспешно водрузил на голову полувысокий шелковый цилиндр.
Вышагивая к парадным дверям храма, он легким, едва уловимым жестом прокрутил перстень на левой руке, словно в открытую бравируя своим статусом.
Эта полупрозрачная диковинка, казалось, была искусно выточена из бледно-красного янтаря, а венцом композиции служил глубокий, налитый кровью самоцвет. То было не что иное, как давным-давно заслуженная награда Эмлина — «Кольцо Лилит».
Вскарабкавшись на полубожественный престол, Эмлин наконец-то обрел власть худо-бедно подавлять ту самую леденящую «жажду крови», что таил в себе пагубный эффект артефакта. Ныне ему хватало жалких трех казенных пробирок человеческой крови в день, дабы наглухо обрубить негативную отдачу. А посему, дабы лишний раз щегольнуть своим исключительным статусом благословенного Прародительницей, он взял за правило таскать это кольцо не снимая.
Переступив порог Церкви Урожая, Эмлин на чистых инстинктах стянул с головы цилиндр.
В этот самый миг баклундские вампиры — Касими, Оунес вкупе с остальной братией, смиренно дожидавшиеся проповеди епископа Утравски — один за другим поднялись с мест. Устремив благоговейные взоры прямо в пол перед проходом, они в один голос, вполголоса поприветствовали:
— Доброе утро, Ваше Сиятельство граф.