— И если кто-нибудь вдруг прибежит к вам с подобными бреднями, или, чего доброго, на вас самого снизойдет некий оракул, вам кровь из носу надлежит немедля доложить об этом епископу Утравски, дабы сводка ушла прямиком в Синод.
«Отец Утравски ни словом об этом не заикался… Звучит до одури дико, словно они там параноидально трясутся над какой-то угрозой…» — Эмлин сурово свел брови на переносице. Бросив быстрый взгляд на возвышающегося у окна священника, вампир проронил:
— Его преосвященство отродясь не упоминал, что мне следует держать ухо востро в подобных материях…
Не успело эхо этих слов растаять в воздухе, как Эмлин запоздало спохватился: его реплика до боли смахивала на прямой наезд в адрес епископа Утравски. Увы, выдать более изящную формулировку на лету он банально не успел.
И в ту же самую звенящую секунду до него дошло, в чем именно крылась та самая пугающая, сюрреалистичная дичь в монологе архиепископа Лорето:
Этот указ кристально ясно вопил на всю округу: та самая Матерь-Земля, чьи отклики вы ловите, с высочайшей долей вероятности — наглухо фальшивая подделка!
«Это же… это всё равно что заявить в лоб: львиная доля тех священных откровений Прародительницы, что испокон веков снисходят на наш род Крови — чистой воды фальсификат, подкинутый дьяволами или еретическими бестиями…» — взор Эмлина неминуемо потемнел. Вампир из кожи вон лез, отчаянно силясь удержать лицо и не сорваться на эмоции.
Лорето, ни на йоту не смутившись этой напряженной паузы, с легким смешком парировал:
— Епископ Утравски не просветил вас по одной простой причине: он и сам об этом ни сном ни духом не ведал.
«Священник не знал…» — в этот миг Эмлина внезапно захлестнула искренняя, щемящая жалость к отцу Утравски. Вампир нутром почуял: будучи выходцем из Фейсака и новоиспеченным конвертитом, этот гигант почти стопроцентно стал мишенью для негласной, а то и откровенной травли со стороны костяка Церкви Матери-Земли.
Безошибочно считав эту метаморфозу во взгляде Эмлина, Лорето небрежно бросил вдогонку:
— А всё потому, что он — благословенный. И ему совершенно ни к чему трястись над уловками демонов и еретических тварей.
Епископ Утравски в знак подтверждения тяжело кивнул. Его голос рокотал первозданным, безмятежным покоем:
— Откровения Матери-Земли железобетонно высечены в Её Священном Писании, в тех самых незыблемых догматах. А всё, что кроется за их рамками — суть ересь.
В душе Эмлина всё еще копошились смутные сомнения, однако раздувать из этого дискуссию он не видел ни малейшего резона. Коротко угукнув, вампир вновь перевел взор на Лорето: