– Он проводит много времени с Магнусом, – тихо сказал Арджун, снова пожимая плечами. – Мало кто ненавидит наш род больше, чем этот мерзавец. Возможно, в этом все и дело.
– Еще один год, – приободрил его Джай, выдавив из себя улыбку, когда Самар поравнялся с ними. – И больше тебе никогда не придется иметь с ним дело.
Арджун кивнул, и на его лице снова появилось обычное беззаботное выражение, похожее на маску.
– Может, на этот раз разрешат и тебе попробовать, – громко сказал он, когда к ним подъехал Самар. Остальные всадники не отставали.
Охотничий отряд оказался меньше, чем изначально предполагал Джай, и состоял максимум из полудюжины данчан, включая принцессу и ее служанку, свиты Тита из трех дворян, а также Самара, Джая и Арджуна, в обязанности которых входило помогать им заряжать арбалеты.
Константин и Ивар, очевидно, предпочли лакомиться холодными закусками на свежем воздухе, хотя Джай сомневался, что грозный данский король вообще захотел бы к ним присоединиться.
– Сегодня особенный день! – объявил Тит. – Мы охотимся на нового зверя, никогда прежде не встречавшегося в наших охотничьих угодьях. Гвардия грифонов поймала его несколько дней назад и доставила с востока специально для нас!
Дворяне одобрительно зашептались, но Джай едва ли слышал принца.
Он наблюдал за данчанами, как и было приказано.
Это было странно. Несомненно, Тита должны были представить его будущей невесте по дороге с побережья во дворец, но он не поприветствовал ее, когда она прилетела, и не обращал на девушку никакого внимания. Казалось, он был больше сосредоточен на своих друзьях, чем на ком-либо еще.
– Мы взяли с собой охотничьи арбалеты и наших верных проводников, – продолжил Тит. – Стрелы толщиной с большой палец пробьют даже шкуру дракона!
Он подмигнул данчанам и развернул коня, окинув взглядом саванну. Джай предположил, что это был завуалированный намек на многочисленных стражников во дворце, которых снабдили таким же оружием.
Из-за вуали, скрывавшей лицо Эрики, было невозможно понять, чувствовала ли она себя неловко. Ее спутники не обратили внимания на слова принца, по-видимому не понимая языка Тита. Казалось, их больше интересовали лошади сабинян, чем любое специально привезенное дикое животное. Их собственные скакуны – маленькие, мохнатые и выносливые – казались более подходящими для путешествия где-нибудь в недрах длинного корабля.
Джай покосился на служанку Эрики. На ее лице читалось презрение, которое девушка, морщившая острый носик, почти не пыталась скрыть. Джай представлял, насколько жалкими выглядели жующие траву звери в тщательно ухоженной саванне по сравнению с огромными драконами, медведями и волками, которые бродили по дебрям Северной тундры. На волков с медведями, если верить дневникам Леонида, регулярно охотились ради их меха и для того, чтобы те не ели данский скот, – впрочем, разве не выгоднее потерять несколько быков, чем лишиться собственных конечностей?