Он ударил раз и другой, прежде чем старуха снова подняла светившуюся руку – и он полетел по воздуху. Юноша врезался в ствол, и тело пронзила мучительная боль.
Пламя охватило его грудь, сжигая рубашку и поджаривая кожу. Джай сорвал одежду и снова бросился в атаку.
Но перед ним встала стена пламени, созданная старухой; та все еще пыталась утереть кровь с глаз.
Джай поднял руку, чтобы защитить лицо от жара, и почувствовал, что Уинтер проигрывает зверю надзирательницы. Она уже прервала контакт и лезла в кусты, чтобы спрятаться от слюнявого лютоволка. Времени не было.
Джай шатаясь вбежал в затухавшее пламя. Беверли махала рукой из стороны в сторону, моргая налитыми кровью глазами, – она ничего не видела.
Но слышала. Когда Джай сделал еще шаг, то едва успел уклониться от огненной струи, устремившейся в его сторону. На этот раз огонь был слабее – у старухи почти закончилась мана.
– Давай, трусливая сука! – прорычала Беверли, размахивая рукой. – Где ты?
Она прижала свободную руку к раненому плечу и начала пальцами выводить там заклинание. Рана заживала на глазах у Джая.
Он сделал единственное, что мог: метнул меч изо всех сил.
Клинок рассек лицо Беверли, прорезав борозду на лбу. Пошатнувшись, старуха выпустила волну пламени.
Джай нырнул под нее, подсекая Беверли под ноги. В его венах забурлила мана, и он выпустил почти всю, снова и снова нанося удары кулаками по лицу надзирательницы.
Из разбитого носа старухи брызнула кровь, и Джаю снова пришлось вступить в рукопашную. Пальцы Беверли были как сталь, и все, что мог сделать Джай, – это мешать их сплетению в магический жест.
Опасность!
Джай поднял голову. Увидел, что на него несся Ульф, а Уинтер прихрамывая бежала за ним. У него оставались секунды…
Меч! Где меч?
Джай пошарил рукой там, куда упал клинок. Нашел рукоять как раз в тот момент, когда Ульф прыгнул. Перед глазами юноши разверзлась слюнявая пасть…
И вдруг огромная стена шерсти врезалась в бок лютоволка.
Нави!
Хиро взревела, вставая на дыбы и затаптывая лютоволка, который пытался найти опору на влажной земле. Тот извивался и сделал выпад, вцепившись в морду хиро, яростно терзая ее зубами.
Джай занес меч над лицом Беверли. Старуха подняла руки, не в состоянии произнести даже слово. Она успела лишь сделать вдох – и юноша воткнул меч ей в глазницу. Провернул его, крича от ненависти к надзирательнице.
– Умри! – взревел Джай, проткнув череп насквозь и вогнав меч в землю.
Глава 98
Лютоволк рухнул на поляну, содрогаясь и дергаясь от смерти своего хозяина. Нави поднялась на задние копыта. Топнула один раз. Потом второй.