– Выходи уже, – позвал Джай.
Он не знал, почему произнес это, – малышка-дракон наверняка не понимала речи. Однако о смысле этих слов она догадалась.
Джай услышал топот лап и почувствовал внезапную тяжесть на плечах. Чешуя детеныша была горячей на ощупь, как теплая фарфоровая чашка. Юноша прислонился головой к боку зверька. Малышка радостно заурчала в ответ на его внимание, и это расслабило тело Джая, но не его разум. Столько всего произошло, что у него едва было время подумать. Что для его плана значила Фрида?
Сердце Джая бешено заколотилось. Будь он умнее – оставил бы девушку здесь. Скоро стражники Гвардии грифонов явятся за ней (или, скорее, за ее драконом). Джай подозревал, что Фрида прожила так долго лишь потому, что большинство грифонов и чамрошей разлетелись по уголкам империи, оповещая правителей, губернаторов и генералов о грядущей войне. Кроме того, мужчины были заняты тем, что насиловали и убивали половину слуг и пленников в Лациуме, лишая жизни всех степняков и свидетелей зверств, происходивших там.
Будут набраны легионы, укреплены границы. И великий монстр, которым была Сабинская империя, находящаяся в состоянии тотальной войны, вот-вот пробудится ото сна.
Не будь дракон Фриды смертельно ранен и не будь она простой служанкой, за ней гнались бы десятки стражников! Джай помнил, что его детеныш нашел Йормун и Фриду лишь по запаху. Ученик Гвардии грифонов в одиночку выследит их так же легко.
Ему следовало взять своего детеныша и уйти, пока никто его не искал. Джай бы затерялся в необъятных просторах империи. Держался бы глухих дорог, жил бы за счет того, что давала земля…
Он мог вернуться домой!
Вместо этого Джай взял дракона на руки и отправился на поиски дров. У Фриды были ответы, которые ему требовались. Она научит его, как быть связанным душой, и расскажет, как ухаживать за его драконом.
Однако в глубине души Джай знал, почему на самом деле не бросил ее: у него не хватило духу оставить девушку умирать. Разве его самого не постигла бы та же участь, если бы маленький дракон его не спас?
Джай смотрел на бледную, измученную Фриду и надеялся, что она переживет эту ночь.
Глава 42
– Эш, – произнес Джай. Затем помолчал и почесал щетину на подбородке. – Нет, это скорее мужское имя.
Костер потрескивал, нарушая зловещую тишину, воцарившуюся в лесу. Приближались сумерки, и Джай отвлекал себя как мог. Дважды он едва не потерял самообладание и не ушел. Ему было стыдно это осознавать. Но именно стыд удерживал юношу на месте, не позволяя оставить беззащитную Фриду, неподвижно лежавшую у огня.