Похоже, мужчины решили провести последнюю ночь перед войной, развлекаясь с представительницами прекрасного пола в пустынных просторах Великой степи.
Возможно, у Аврелия и Беверли были ключи от его наручников, но они, скорее всего, не будут спать всю ночь. Уинтер не могла украсть эти ключи.
Джай должен был вознестись, хотя его ядро почти не увеличилось. Но единственным способом увеличить ядро был кристалл души – как тот, что он вырезал из груди чамроша. Будь у него еще один такой же, Джай, возможно, сумел бы расширить ядро. Может, этого хватило бы, чтобы вознестись. Но кристалла у него не было. Единственное, что могло помочь, – одна из тех золотых таблеток, которые использовала Фрида.
Джай предположил, что именно их девушка имела в виду, нарисовав на его ладони слово «рот». Она хотела получить таблетку, которую они купили в лекарственной лавке, – но Джай принял ее перед дракой с учеником Гильдии.
А может, она хотела, чтобы он… вытащил что-то из ее рта?
Что бы это могло быть? Ведь очищающую таблетку она уже приняла…
Осознание поразило Джая, и на мгновение его разум помутился. Это была вовсе не таблетка, а кристалл души еедракона – гораздо более мощное средство, чем кристалл недавно связанного чамроша.
Почему Фрида до сих пор не проглотила кристалл души сама, оставалось загадкой для Джая. Если только… она не приберегла его именно по этой причине: сама она не смогла бы прорваться через двери, предназначенные для удержания вознесенной души. Но Джай мог бы помочь ей сбежать.
Была вероятность, что девушка уже сдалась и проглотила кристалл. Но все же… Аврелий перевел Фриду в камеру с маленьким окошком. Слишком маленьким, чтобы Уинтер в него втиснулась, но достаточно большим, чтобы Фрида просунула через него кристалл души. Это был шанс.
Джай повернулся к Уинтер и прошептал:
– Ладно, девочка. Ты меня убедила. Еще поживем.
Глава 91
Почувствовав прилив триумфа через их связь, Джай понял, что Уинтер добилась успеха. Было трудно объяснить ей, что нужно сделать, пока юноша не понял, что со столба видно окно камеры Фриды.
Оно было самым дальним, ближе всего к западной стене. Джай направил Уинтер туда и велел ей громко мурлыкать, пока Фрида не передаст ей кристалл души.
Весь процесс занял почти час. Девушка не сразу вышла из транса – возможно, заподозрила, что голос Уинтер был ловушкой. Джай следил за ситуацией только через эмоции Уинтер: разочарование, страх – и наконец триумф.
За это время небо над головой потемнело. Его затянуло облаками, которые, казалось, кружились на ветру, попав в неестественную воронку глубокого каньона. Падал снег, мгновенно оседая на холодную почву. Лошади сбились в кучу, чтобы согреться; Джай дрожал, когда первые хлопья снега забирали тепло его тела.