Тот лежал, высунув язык; на шее зияла глубокая рана в том месте, где Уинтер разорвала ему горло. Данчане не зря так тщательно охраняли своих драконов. Даже будучи детенышем, Уинтер смогла победить чамроша.
Тогда к Джаю пришло осознание.
Он на четвереньках подполз к тому месту, где упал его клинок, подобрал его и направился к трупу чамроша. Даже без маны, усиливавшей чувства, юноша ощутил его тяжелый животный запах с медным привкусом крови.
Времени на раздумья не было. Джай вонзил клинок, проведя лезвием по оперению и ребрам, а затем начал разрезать грудь зверя.
Без помощи маны это была тяжелая работа. Дважды из-за паники он останавливался и вслушивался в тишину леса, а стук сердца отдавался в ушах. Но все было спокойно, и вскоре Джай прорезал достаточно глубокую дыру, чтобы просунуть руку в грудную клетку зверя и найти странный камень, который Фрида вытащила из своего дракона много дней назад.
Сначала юноша натыкался лишь на горячие кишки, но затем обхватил рукой то, что, как ему показалось, было сердцем животного. Оно оказалось большим и эластичным, но внутри Джай почувствовал что-то твердое. После нескольких неловких ударов ножом ему удалось сделать отверстие и залезть в сердце чамроша.
Джай высвободил руку и поднес ее к лунному свету, разглядывая сгустки крови на ладони. Среди них что-то светилось.
Кристалл души напоминал большой мраморный шарик, наполненный жидким светом. Именно так выглядело ядро – ну, или то, во что оно превращалось после смерти тотема.
Джай закашлялся. Его начало тошнить. Из-за адреналина, яда, вида крови или его собственного истощения – он понятия не имел. Кто знает, сколько болиголова он принял? Достаточное количество, чтобы его убить, независимо от того, связан он душой или нет. Как бы мана ни защищала его от яда, ее действие исчезло.
Он чувствовал, как по телу распространялось оцепенение. Дышать становилось все труднее. Ему нужна была мана…
Джай с трудом вспоминал то, что Фрида говорила о кристаллах души: он знал, что это каким-то образом ему поможет. Когда последние силы начали его покидать, юноша взял кристалл в рот и заставил себя его проглотить.
Это он сделал как раз вовремя, потому что упал вперед, наполовину зарывшись лицом в мульчу. Он чувствовал, как Уинтер отчаянно пыталась послать ему ману, но их связь была слишком слабой, к тому же ее собственный запас оказался почти израсходован.
Свет мира померк, и Джай отключился.
Глава 75
Сейчас для Джая существовал только один мир – тот, что находился внутри него. И этот мир вел войну.
Юноша чувствовал, как яд распространялся по внутренностям, словно едкая красная инфекция. Но в центре его организма был кристалл души, буквально шипевший в горящем животе.