Нет. Пожалуйста. Нет.
Страуд протянула руку, пальцы прижались к стороне шеи Хелены, и та начала кричать.
Не от того мучительного отчаяния, что она испытывала с Ферроном, а пронзительными криками, похожими на последние вздохи умирающего кролика. Резкими, быстрыми, повторяющимися. Они вырывались из неё снова и снова.
Страуд выглядела озадаченной. Она резко ударила Хелену по лицу.
Хелена не могла перестать кричать.
Всё смешалось, края её зрения расплывались.
Феррон оказался перед ней, его руки легли на её плечи.
— Успокойся. — Его голос был твёрдым, но руки мягкими. Он прижал её к себе, пока мир не сузился до пространства между ними. — Дыши.
Он сжал её плечи достаточно сильно, чтобы прорваться сквозь оцепенение.
— Давай. Тебе нужно дышать.
Хелена выдавила один прерывистый вдох и разрыдалась.
— Нет… — её голос рвался на короткие обрывки. — Нет, нет, нет. Пожалуйста, нет!
— Дыши, это всё, что тебе нужно. Просто дыши, — сказал Феррон, лицо его было напряжено, челюсти сжаты.
Он обернулся к Страуд, не отпуская Хелену, и холодно посмотрел на неё.
— Ты же знаешь, у неё бывают такие приступы. Нельзя так внезапно подбрасывать ей подобное, — сказал он низким голосом.
Страуд выпрямилась.
— Ты же говорил, что она боится теней. Если она будет всё время что-то добавлять, вам лучше составить список и повесить его где-нибудь на стену, — закатила глаза Страуд, скрестив руки на груди. — Разве ей не должно быть приятно знать, что попытки зачатия завершены?
— Нет. И ты должна была это знать. Я начинаю думать, что ты намеренно её мучаешь. Почему?
— Я не… — начала Страуд, слишком быстро.
Глаза Феррона сузились.
— Будь честна. Тебе не понравится, как я принимаю ответы.
Страуд побледнела, глаза метнулись к двери, словно оценивая расстояние.
— Верховный Некромант говорит, что именно она взорвала Лабораторию Западного Порта. Мы победили. Это был наш день победы, а она… она убила Беннета! Его многолетнюю работу. Мою работу. Все наши эксперименты. Она уничтожила всё.
Наступила долгая пауза, и глаза Феррона сжались до узких щелочек.
— Я понимаю, что у тебя фанатичная преданность его памяти, — но психологические пытки заключённого мало что дают, когда у неё нет воспоминаний о том, что это происходило. Ни твоя программа, ни твой ранг не дают тебе права на личную месть над моей пленницей.
Он отпустил Елену, повернувшись к Страуд и снимая перчатки. — Похоже, ты забыла, что я не терплю глупцов, вмешивающихся в её жизнь. Я приложил немалые средства и усилия, чтобы поддерживать её окружение, независимо от того, как высоко ты ценишь своё присутствие вне лаборатории во время взрыва. Единственная причина, по которой у тебя вообще есть должность, в том, что все более подходящие для этой работы мертвы. На самом деле, тебе следовало бы быть благодарной ей. Если бы кто-то другой выжил, ты бы сейчас ничего не значила.