ХЕЛЕНА ОТТЯГИВАЛА ВСТРЕЧУ с Кроутером так долго, как только могла, но в конце концов у неё кончились предлоги. Оглядываясь назад, она понимала: решение восстановить нервы в его руке было импульсивным. Это не было срочной необходимостью; можно было дождаться, пока он придёт в себя, и спросить, хочет ли он этого.
Это был чисто рефлекторный поступок. Она увидела, какой опасностью для всех оказался Люк, и среагировала только на это. Теперь же жалела. Кроутер с двумя рабочими руками скорее станет пытать вдвое эффективнее, чем хоть раз снова защитит Люка от него самого.
Когда Хелена вошла, Кроутер как раз убирал шахматы, медленно, правой рукой, беря каждую фигуру по отдельности и укладывая в коробку.
— Марино.
Хелена просто стояла, не зная, чего ждать. Кроутер замер, глядя на свою руку, медленно сжимая и разжимая пальцы. На ней почти не осталось ничего, кроме кожи и костей.
— Насколько я понимаю, за это мне стоит благодарить тебя.
Она не была уверена, сказал он это с сарказмом или нет.
— Мне следовало сначала спросить, — сказала она. — Просто... после Люка я испугалась, что было бы, если бы вас там не оказалось.
Она не могла прочесть его лицо, но он медленно кивнул.
— У тебя любопытная интуиция. Возможно, я её недооценивал, — сказал он наконец. — Признаться, я никогда особенно не ценил вивимантию. И всё же... ты приносишь Вечному Пламени честь.
ЗИМА ОБРУШИЛАСЬ НА ПАЛАДИЮ. Ледяной горный ветер хлестал над речной чашей, и здания с окнами сверкали от инея. Когда собирать в болотах уже было нечего, у Хелены появилось много долгих часов для работы в лаборатории.
Шисео сделал то, чего не смог никто другой, и определил оставшиеся соединения в том сплаве, который много месяцев назад ввели Ване Геттлих.
Последнее соединение дольше всего не поддавалось анализу.
Шисео и Хелена вручную, старыми приёмами химиатрии, установили — так же, как и остальные металлурги, — что это не природное соединение, а синтетический сплав люмития с чем-то, чего Хелена никогда прежде не встречала.
Когда Шисео несколько раз подряд перепроверил результат, у него задрожали руки.
— Я не понимаю, как это вообще к ним попало, — сказал он наконец. — Этого здесь быть не должно.
— Что это такое?
Он долго молчал.
— На Востоке есть редкий металл, который добывают глубоко в горах. Он... реже золота. Владеть им дозволено только самому Императору. Мы называли его мо'лианьши. Он... создаёт инерцию.
Хелена никогда не слышала о чём-то подобном. Существовали металлы и вещества, которые в своей природной, сырой форме были инертны, существовал люмитий и его излучения, которые могли обращать инерцию вспять и создавать резонанс. Железо часто бывало инертным, но стоило переработать его в сталь, как даже без излучений в нём возникал слабый резонанс.