Глаза у него блестели, как зеркала. Ей казалось, что она почти видит в них собственное отражение. Рот искривился в насмешливой улыбке. Если бы лицо его всё ещё не было мокрым, она никогда бы не догадалась, что он только что плакал.
— Было очевидно, что моё предложение приняли только от отчаяния. Вечное Пламя может сколько угодно называть себя честным, но Кроутер — змея. Ильва Холдфаст может обещать что угодно; она всего лишь стюард, да ещё и Лапс. Ей прекрасно известно, что в случае победы Вечное Пламя само решит, какие её поступки были законны, а какие нет. Всё, что не понравится Холдфасту, рассеется дымом. Я исходил из того, что, как только перестану быть полезным, вы раскроете моё прикрытие, чтобы воспользоваться той нестабильностью, которую это вызовет. Так что... — Он оскалился. — Я старался занять такое положение, чтобы последствия были как можно разрушительнее.
Хелена нахмурилась, изучая его. Для него это звучало слишком уж бескорыстно. За мать он, возможно, и хотел отомстить, но никакой привязанности к Вечному Пламени не испытывал. Они были для него лишь средством.
— Почему ты меня поцеловал? — внезапно спросил он. — Что вообще было смыслом... во всём этом?
Она опустила глаза, не зная, есть ли у неё ответ. — Я не знала, что ты должен был умереть после того, как мы отбили порты. Оказывается, это было очевидно, но я этого не поняла.
Каин коротко, пусто рассмеялся.
Она не могла смотреть ему в глаза, пока говорила. — Они ждали, что ты умрёшь от массива, и... ждали именно этого. Когда они увидели, что ты поднимаешься всё выше, решили, что ты просто играешь сразу на обе стороны, чтобы в итоге остаться наверху одним.
— А ты сама так думала? — тихо спросил он.
Она тяжело сглотнула, всё так же не поднимая глаз. — Нет. Но на самом деле неважно, что думаю я. Перед солнцестоянием мне сказали, что у меня месяц на то, чтобы... — голос у неё опустился ниже шёпота, — заставить тебя ползать или убить, иначе тебя вместо меня отдаст Морроу.
Он снова рассмеялся. — Значит, нам осталась всего одна встреча. Так это был прощальный перепих? Последний платёж за оказанные услуги?
Хелену пробрала дрожь. — Нет. Я... я просто...
Горло сжалось. Она наклонилась к нему, вцепившись в рубашку, так сильно ей хотелось его встряхнуть. Она ненавидела, как он умеет переключаться: мгновение назад был уязвим, а в следующую секунду уже снова так жестоко язвителен.
— Мне просто нужно доказать, что ты сделаешь то, о чём я попрошу. Если я смогу... они тебя не убьют. — Она отчаянно вглядывалась в его лицо.