Люк оставался краеугольным камнем Сопротивления. Без него всё начинало быстро шататься. Кроутер стал куда сильнее давить на Каина, используя его для вброса дезинформации и саботажа, словно армия Бессмертных была машиной, которую можно разобрать по винтикам. Конверты с приказами, которые Хелена передавала, с каждым разом становились всё толще.
Каин ни словом не упоминал, чем именно занимается, но она видела: он на грани того, чтобы сломаться под грузом того, что обе стороны одновременно требовали от него поддерживать, производить и выдерживать. С каждой встречей в нём становилось всё больше отчаяния.
Это разъедало Хелену. Смотреть, как он истирается, пока от него ждут невозможного с обеих сторон, а она сама заперта в Штаб-квартире, как зверь в клетке.
Без вылазок за травами она заполняла часы новым исследованием; Шисео взял на себя ведущую роль, пока они по просьбе Совета пытались довести до ума подавление алхимии. Бессмертных было почти невозможно захватить и удержать в плену, но с подавлением это могло бы стать реальностью. Хелена знала от Каина, что нуллий так же мешает их способностям и регенерации, как и любому другому алхимику.
Шисео разработал нуллиевый браслет, создающий направленное подавление резонанса: он защёлкивался на запястье и превращал резонанс в смазанный, почти статичный шум.
Хелена испытала его на себе: застегнула на собственном запястье, согнула пальцы, передвинула выше по руке. Когда браслет дошёл почти до локтя, она уже могла продавить помеху. Она покачала головой. — Они не подавляют резонанс полностью.
Она сняла браслет и осмотрела внутреннюю поверхность, выложенную нуллием.
— Если бы мы действительно захотели убрать его полностью, думаю, это пришлось бы делать изнутри, — сказала она. — Если заключить нуллий в керамику, это остановит коррозию и биоинтерференцию. Если провести здесь, сквозь запястье, тонкую трубку... — она прижала пальцы к месту между лучевой и локтевой костью, — ...браслет можно было бы насаживать на подавляющий шип и алхимически запирать. Тогда, думаю, резонанса не было бы совсем.
По лицу Шисео прошло такое потрясение, что Хелена вдруг осознала реальность того, что только что предложила, за пределами его чисто практической функции.
Одно дело — думать о том, чтобы заковать разных Бессмертных, всех этих скрытых под шлемами, мёртвых, — и совсем другое, когда перед внутренним взглядом встаёт Каин, куда более вероятный пленник. У неё в желудке раскрылся провал.
Она покачала головой. — Нет, забудь. Это уже слишком. Нам не нужно настолько сильное подавление.