Миронег чуть наклонил голову.
— Никто не умаляет стараний пятой княгини. Но именно поэтому нужно беречь её от лишнего гнева. Люди напуганы. Огонь стал синим. Князь пал. Лекаря заперли. Волхв молчит. В городе уже говорят.
— Что говорят? — спросила я.
Миронег повернулся ко мне так, будто только теперь вспомнил о моём присутствии.
— Слух — это стрела, княгиня. Ей не нужен лучник, когда ветер силён.
— Обычно стрелы всё-таки кто-то выпускает.
В его глазах мелькнуло что-то почти весёлое.
— Вы быстро учитесь.
— У меня хорошие учителя. Все пытаются меня убить или запереть.
Святозар резко сказал:
— Следи за языком.
Я не посмотрела на него.
Не дала ему этой радости.
— Княгиня устала, — сказал Миронег. — После обряда, крови, страха. Её следует отвести в женский терем. Под охрану. Пока мужчины решат, как защитить дом.
Вот оно.
Мягко.
Благородно.
Почти заботливо.
Убрать меня от Ратибора. От его дыхания. От его слов. От того, что он успел произнести: «Сухая рука».
Я положила ткань на край стола.
— Нет.
Добрыня, стоявший у двери, даже не пошевелился. Но я видела, как он напрягся.
Миронег вздохнул.
— Княгиня, сейчас не время для женского упрямства.
— Согласна. Сейчас время для вопросов.
— Вопросы задаёт совет.
— Хорошо. Первый вопрос: где Неждан?
Имя ударило по комнате тихо, но точно.
Один из бояр отвёл глаза.
Святозар перестал улыбаться.
Миронег не изменился.
Только больная рука чуть плотнее прижалась к груди.
— Неждан? — переспросил он. — Мой племянник?
— Тот самый, который принёс Ждану список трав для обрядовой чаши.
— Это сказал лекарь?
— Да.
— Лекарь, которого только что обвинили и заперли. Человек в страхе говорит многое.
— А человек без страха часто молчит заранее, — сказала я.
Малуша, стоявшая у стены, тихо втянула воздух.
Яромира повернулась к Добрыне:
— Неждан найден?
— Ищут, — сказал он.
— Плохо ищут, — сказала я. — Нужно закрыть ворота. Пристань. Конюшни. Все склады с травами. Никто из людей Ждана, Велемудра, Твердяты и Черноречья не должен выходить из детинца, пока Неждан не найден.
Святозар рассмеялся.
— Моя сестра уже отдаёт приказы стужским воротам?
— Ваша сестра пытается сохранить жизнь мужу, пока мужчины обсуждают, как красиво назвать яд.
Смех оборвался.
Миронег поднял здоровую руку.
— Никто из нас не желает смерти князя.
— Удобно. Тогда всем будет легко остаться.
— Вы подозреваете всех?
— Нет. Только тех, кто пришёл делить порядок раньше, чем князь очнулся.
Яромира резко посмотрела на меня.
Предупреждение.
Но было поздно.
Бояре услышали. Святозар услышал. Миронег услышал главное: я не собиралась уходить в женский терем.