Пожилая леди улыбнулась.
– Я догадалась. Ничто не ускользает от старой Кенны.
Она подмигнула Джаю и махнула скрюченной рукой.
– У меня есть таблетки, которые ускоряют очищение. Таблетки, которые облегчают вхождение в транс. Таблетки, которые дольше удерживают его. Таблетки, которые облегчают дыхание души. Даже есть таблетки, которые наполнят маной, но они обойдутся дороже.
Джай с любопытством посмотрел на нее. Акцент Кенны был похож на акцент Руфуса – значит, женщина тоже была самарионкой. Фрида, не обратив на это внимания, уже рылась на полках, поднимая лекарства к скудному свету, падавшему из единственного окна, чтобы лучше рассмотреть.
Джай неловко встал и заставил себя улыбнуться. Пожилая дама вежливо улыбнулась в ответ.
– Ваш зверь… я никогда раньше не видел подобного, – сказал Джай, поморщившись, когда Фрида в поисках чего-то задела крышку кастрюли, и та покатилась по полу.
– О, он редкий. Привезен из страны, расположенной далеко за Серебряными морями. По правде говоря, стоил мне половины моей лавки. Но я не могла жить без тотема, когда умер мой лютоволк.
Джай слышал о лютоволках. Более крупные и сильные, чем их распространенные сородичи – волки и собаки, – они являлись отличными тотемами.
– Где твой хиро? – спросила Кенна. – Тот, что снаружи, кажется, староват для тебя. – Женщина заметила удивленное выражение его лица. – Я чувствую его по запаху, исходящему от вас обоих, – пояснила она. – И могу сказать, что хиро находится недалеко.
Джай на минуту остановился, рассматривая ее. Доверить ли ей то, что его тотем – дракон?
– Вы говорите, что вы самарионка, – сказал он. – И у вас соответствующий акцент. Но я слышал, что в наши дни почти никто из вас не религиозен.
Кенна улыбнулась, затем склонила голову набок, убирая прядь волос за ухо. Там он увидел вытатуированный черным символ открытого глаза – такой же, как у Руфуса. Женщина опустила волосы.
– Одна ложь – и моя душа отправится прямиком в адское пламя. Наше слово – наша связь. Сейчас религия умирает. Но те, кто ей следует, процветают.
Джай вежливо кивнул, но ее заверения мало его успокоили. Насколько он знал, старуха могла лгать прямо сейчас.
– Мне нужна сумка, – сказал он наконец. – Я знаю, что вы здесь такое не продаете, но я хорошо заплачу, если у вас найдется лишняя.
Лицо Кенны расплылось в улыбке.
– У меня как раз есть такая. Имей в виду, она недешевая.
Пожилая леди снова скрылась за занавеской, и Джай услышал, как она медленно поднимается по лестнице. Питек опустился на хвост, его черно-белая полосатая шерсть встала дыбом, когда он безмятежно уставился на Джая большими глазами.