Хелена сделала вид, что ничего не замечает, и направилась к воротам, но это только ещё сильнее испортило ему настроение. Наконец она остановилась. — Что такое?
— Не уходи, — тихо сказал он.
— Ты же знаешь, что я должна.
Он покачал головой. — Нет, не знаю. Им на тебя наплевать.
Слова ударили по ней, как по обнажённому нерву. Боль загудела внутри. Раньше она бы это отрицала, потому что там был Люк, а Люк никогда бы от неё не отвернулся, но теперь это уже не было правдой.
И всё же она осталась непреклонна. Покачала головой. — Мы не можем позволить Бессмертным победить. Слишком многое поставлено на карту. Я должна быть там, где могу принести пользу.
К обиде у него примешалась ярость. — Нет, не должна. Неважно, сколько раз ты переломаешь себя, богам всё равно. Никакой награды не будет. Это, — он резко выбросил руку, указывая на город, горы и чёрное небо, на которое уже лилась Лумития, — бездна. Мы уже в ней. Ничто ничего не значит. Ни жертва, ни боль, вселенной всё равно.
— Ты ошибаешься, — сказала она.
Он открыл было рот, чтобы спорить дальше, привести бесконечный список доказательств того, насколько мир холоден и безразличен, но ей не нужно было этого объяснять.
— Ты ошибаешься, потому что я — часть вселенной, — сказала она. — Крошечная, да, может быть, никогда не важная и уж точно не математически значимая, но всё равно часть. Ни ты, ни я не существуем отдельно от неё. Никто не существует. Для меня имеют значение все, кто умер, все, кто ещё умрёт, и все, кто страдает. Пока я существую, мне всегда будет не всё равно. А значит, хотя бы одной части вселенной не всё равно тоже. — Она улыбнулась ему. — Разве от этого всё не становится хоть немного светлее?
На его лице появилось почти отчаяние.
Она беспомощно пожала плечами. — Я хочу делать добро в этом мире. Именно этого мой отец желал мне больше всего. — Она посмотрела на свои руки. — Я знаю, большинство людей не скажут, что у меня получилось. Я уже сделала вещи, за которые, наверное, вообще не положено прощать. Но я хочу, чтобы обо мне помнили хотя бы как о той, кто пыталась.
Она шагнула назад, но он схватил её.
— Хелена...
Она высвободилась. — Будь осторожен, Каин. Не умирай.
— КРОУТЕР ИЩЕТ ТЕБЯ, — СКАЗАЛ СТРАЖ у ворот, впуская её внутрь.
Хелена кивнула и пошла к Башне.
Кроутер сидел у себя в кабинете; правая рука была притянута к корпусу так, словно её снова парализовало, и он смотрел на Хелену с таким отвращением, какого она ещё никогда у него не видела. Это напомнило ей, как на неё когда-то смотрели студенты гильдии, только во много раз хуже.