Иви повернулся, и только тогда Хелена заметила сходство между больничным санитаром и маленьким протеже Кроутера. Несколько лет разницы, другая внешность, у Иви черты резкие, лисьи, тогда как у Софии всё было мягче. Но теперь сходство стало очевидным.
— Твоя сестра? — голос у Хелены натянулся. — София была твоей сестрой?
Под слоем грязи лицо Иви побелело.
— София была в спасательной группе, которая вытащила Люка. Она показала нам путь через тоннели к тюрьме, но во время отхода её подхватило паводком. Я думала... я думала... — Хелена взглянула на Кроутера. — Что это вы её послали. Вы её не посылали?
Иви несколько секунд смотрел на Хелену, а потом закричал. Такого крика она не слышала никогда. Он вырвался из мальчишки так резко и пронзительно, что казалось, сейчас лопнут лампочки. Лицо Иви исказила белая ярость.
Хелена инстинктивно напряглась, но Иви крутанулся к Кроутеру. — Вы обещали, что защитите её, если я сделаю всё, что вы скажете! Она не должна была на вас работать. Она просто должна была быть в безопасности!
Он бросился на него прямо через стол, словно собирался выцарапать ему глаза, но прежде чем пальцы дотянулись до лица Кроутера, вспышка огня возникла в воздухе и швырнула Иви в стену. Иви рухнул на пол, а с полок посыпались книги, падая на него и вспыхивая на лету.
Кроутер уже сдвинулся с места, метнувшись кошкой. Годы боевого опыта сказались в том, как он сомкнулся над Иви.
— Я никогда не рассказывал ей ни о тоннелях, ни о водных путях, ни о какой тюрьме, — сказал Кроутер, сжимая кулак, и огонь исчез. — Если она знала это, то только благодаря твоей собственной болтливости. Я предупреждал тебя: ничего ей не рассказывать. Но тебе обязательно понадобилось болтать обо всех способах незаметно передвигаться по городу. Доволен теперь, что впечатлил её? Наверное, ты сумел представить всё так, будто это проще простого.
Хелена ждала, что Иви тут же вскочит, но мальчишка остался лежать на полу.
— Я хотел, чтобы она знала пути отхода. Я показал ей карту и рассказал про тюрьму, чтобы она туда не ходила, — сказал Иви; голос у него сорвался в плачущий шёпот.
— Если бы ты меня послушал, она была бы жива, — безжалостно сказал Кроутер. — Я выполнил свою часть сделки; вины моей тут нет. — Он пнул его. — А теперь убирайся с глаз. Если бы в этой нелепой спасательной операции погиб Люциен Холдфаст, я бы обвинил в этом тебя.
Иви без единого слова поднялся с пола, но, выскальзывая за дверь, на мгновение оглянулся. И в этом взгляде было убийство.
Когда он ушёл, Кроутер шагнул к столу, вытащил из ящика рацию и поднял передатчик, который тут же затрещал. Голос на другом конце Хелена узнала: один из охранников. Кто-то из старших.