– Хороший для нас день! – сказал второй.
– Ничего хорошего из всего этого не выйдет, – пробормотал первый. – Грядет война, без вариантов.
– Война?
Джаю было трудно сосредоточиться, потому что он снова и снова сглатывал подступавший к горлу ком. В теплом брюхе зверя воняло кровью и дерьмом, и юноша чувствовал жжение от пролитой сбоку желудочной кислоты. Каждый вдох он медленно процеживал сквозь зубы, будто это могло помочь справиться со зловонным воздухом.
– Конечно, мы ведь перебили половину данской знати! Проснись и понюхай кишки, тупой придурок!
– Тогда ищи это чертово кольцо, пока мы не заразились Багровой смертью! – Послышались приглушенные проклятия и стоны отвращения.
– Смотри! Наверное, это она. Я помню, что у нее была большая грудь…
Джай услышал скрежет вытаскиваемого клинка, затем звук пиления кости и рвотные позывы.
– Будь начеку, иначе не получишь своей доли, – прорычал первый.
– Эти кишки пахнут чем-то гнилым, – простонал второй, и его стошнило. – Ты видел, как Магнус разрезал эту штуку? – В ответ раздался лишь крик триумфа.
– Попалась, сволочь! – вскрикнул первый. – С этой костью, будь она неладна, было трудно справиться!
– Надо бы спилить дракону когти, – предложил второй, и Джай почувствовал, как туша дрогнула от удара ногой. – Сделаем ожерелье. Оно же денег стоит, так?
– Мы уже здесь достаточно долго, а этот меч не справится с драконьей костью, – прорычал первый. – Скоро сюда придут, и не только обычные грабители могил. Эти стражники из Гвардии грифонов – жадные ребята. Не будь они заняты убийством и изнасилованием язычников в городе, они бы уже были здесь…
Их голоса начали затихать, но чистый ужас оказался сильнее дискомфорта, и Джай заставил себя остаться на месте. Судя по тону этих мерзавцев, они прикончат его просто ради забавы…
Только когда Джай уже не мог выносить зловония, он начал вылезать, цепляясь ногтями за скользкие складки, чтобы продвинуться вперед.
В темноте почти ничего не было видно. Он просто чувствовал тяжесть драконьих внутренностей, прерывисто вдыхая зловоние.
Что-то твердое преградило ему путь. Джай оттолкнулся, отчаянно пытаясь вырваться из сырых объятий окружавшей его плотской тюрьмы. Он ухватился рукой за сломанное ребро и тянул до тех пор, пока завал не освободился; вскоре юноша жадно вдохнул свежий воздух.
Разумеется, снаружи воздух был наполнен тем же зловонием, да еще и отвратительным запахом разлагающихся трупов, но после сидения в брюхе дракона он казался свежим, как горный ручей. Стараясь дышать ртом, Джай вылез из вспоротого брюха зверя, словно новорожденный, скользя и извиваясь, пока не оказался на траве.