Но Джая и его группу не повели к дальнему краю западной стены, где оставался пролом и продолжались работы. Напротив, их вели к черным воротам в центре недостроенной стены.
Вскоре они прошли под огромной подъемной решеткой и смотрели на грунтовую дорогу, которая вела от нее в сторону. Это место находилось не на Кашмирской дороге. Если Джаю не изменяла память, горы Петрус простирались на северо-восток, создавая естественный барьер между Великой степью и Сабинской империей.
Дальше на запад и север горы заканчивались на границе Северной тундры – зоны, которая отличалась своим климатом, а не чем-либо еще. Говорили, что узнать о том, что ты на территории Данска, легко: здесь моча замерзает, не успев упасть на землю.
Эта мысль напомнила Джаю о Фриде. Он выругался себе под нос, взглянув на зарешеченные ворота в скале, откуда его забрала Беверли. Юноша был уверен, что Фрида где-то там.
Снаружи работало еще больше закованных в кандалы людей. Все худдиты были одетые в набедренные повязки и обирали ветки с поваленных деревьев. Группа Джая двинулась вниз по тропе, мимо работавших мужчин. Глубже в лес.
А затем они резко остановились.
– Топоры! – крикнул стражник.
Один из одетых в кожу мужчин бросил сверток из ткани, развернул его и показал инструменты. При виде этого зрелища Джай распахнул глаза: здесь было больше худдитов, способных владеть этим оружием, чем стражников, – по одному на двоих. Но заключенные с пустыми выражениями лиц собрали инструменты, и Джай последовал их примеру.
Затем его внимание привлек свист. Из леса появилась Беверли, помахав им, чтобы следовали за ней. Рядом с ней шел ее лютоволк.
Джай узнал бы зверя, даже если бы Милкар не сказал ему об этом. Это была не просто собака. Хищник, вдвое превосходивший ростом даже самых крупных охотничьих собак Тита, мог перегрызть горло человеку, даже не подпрыгнув, – его голова была на уровне груди Джая.
Лапы у лютоволка были размером со львиные, зубы – тоже. Такой зверь сожрал бы Уинтер за один укус, и еще осталось бы место для добавки.
Неудивительно, что худдиты не пытались сбежать, не говоря уже о попытке захватить тюрьму. Мысль о том, что этот зверь продирается сквозь листву позади них, была достаточно пугающей.
Заключенные послушно следовали за Беверли под бдительным оком огромного волка. В его присутствии стражники, казалось, расслабились – многие из них остановились, чтобы покурить глиняные трубки.
– Ладно, – объявила Беверли. – Раз здесь новичок, напомню о правилах. К закату должны быть срублены десять деревьев самых твердых пород. Следующая бригада завтра вывезет их на обработку. Работайте парами, десятками – мне плевать. Десять деревьев – и вы сегодня поужинаете.