Они думали, что отстранение меня сломает. Глупцы. Мерроу, Торин, эта выскочка Элина – они праздновали победу, даже не догадываясь, что я сам позволил им выиграть тот раунд. Отступление иногда бывает лучшим наступлением. За этот месяц я успел сделать то, чего они не ожидали: связался с теми, кто ещё помнит, кому принадлежит настоящая власть.
Мой план был безупречен. Большой Совет соберёт всех лордов королевства, включая тех, кто годами не появлялся в столице. И среди них есть люди, обязанные мне. Люди, которые понимают: мальчишка на троне – это хаос. Девятилетний ребёнок, которого водят за руку дядя-генерал и бывшая служанка. Кто поведёт армию в бой? Кто будет вести переговоры с соседними державами? Кто удержит знать от междоусобиц? Ответ очевиден – я.
Зал Большого Совета гудит, как растревоженный улей. Лорды съехались со всех концов королевства, и сегодня их втрое больше, чем обычно. Я сижу на прежнем месте — не во главе стола, но достаточно близко, чтобы видеть каждое лицо. Мерроу открывает заседание, но я едва слушаю его. Моё время настанет позже.
Торин сидит напротив, рядом с ним Ариан в парадном костюме, его проклятые алые волосы заплетены в аккуратную косу. Элина пристроилась чуть позади, и я ловлю себя на том, что ненавижу её больше, чем кого-либо в этом зале. Ничего. Сегодня она ответит за всё.
Первые часы заседания тянутся бесконечно: отчёты о податях, споры о границах, жалобы купцов. Я жду, коплю терпение. И когда Мерроу наконец объявляет перерыв, я поднимаюсь.
— Уважаемые лорды, — мой голос разносится под сводами, и гул стихает. — Прежде чем мы продолжим, я прошу слова для важного заявления.
Мерроу хмурится, но кивает. Я выхожу в центр зала и обвожу взглядом собравшихся.
— Месяц назад меня отстранили от регентства, — начинаю я, — на основании показаний одного-единственного лазутчика, который за помилование скажет что угодно. Но я не держу зла на тех, кто голосовал за это решение. Я понимаю: вы были введены в заблуждение. Сегодня я представлю доказательства, которые расставят всё по своим местам.
Я делаю жест рукой, и двери зала открываются. Входит мой первый свидетель — сухощавый мужчина в потёртом камзоле, с цепким взглядом и нервными пальцами. Его зовут мастер Винсент, и он десять лет служил писарем в баронском суде.
— Мастер Винсент, — обращаюсь я к нему, — расскажите Совету, что вам известно о леди Элине Тиаль.
Писец прокашливается, раскрывает папку с гербовой печатью и начинает зачитывать — сухо, монотонно, как зачитывают приговор:
— Леди Элина Тиаль, дочь барона Корвуса Тиаля, обвиняется в нарушении брачного договора и самовольном оставлении отчего дома. Договор о браке с лордом Галеном Арроу был подписан обеими сторонами за три месяца до исчезновения леди Элины. Согласно закону, она должна быть возвращена под опеку отца до момента официального расторжения договора или вступления в иной законный брак. В настоящее время её местонахождение официально не установлено, однако…