Мне нужно что-то менять. Но как?
Встаю, накидываю платок и выхожу из-за перегородки. Тарган сидит у двери, держа арбалет на коленях.
— Не спится? — спрашивает он тихо, обернувшись, как только замечает меня.
— Думаю о том, как нам быть дальше, — набравшись смелости отвечаю и сажусь рядом на лавку.
— Что ты имеешь в виду?
— Мы прячемся уже полгода. Меняем цвет его волос, сменили имена, живём в глуши. Но рано или поздно нас найдут. А если не найдут, что тогда? Ариан вырастет в этой избе, будет уметь стрелять и сражаться на мечах, прочитает много книг, но он не будет знать, как управлять страной, не будет знать, как себя вести в свете. Всё, что он видел до восьми лет ещё останется у него в памяти, но образ жизни сделает из него сына охотника, а не короля.
— Ты предлагаешь вернуться в столицу? — его мощное тело напрягается, а сам Тарган поворачивается ко мне.
— Не сейчас. Но нужно перестать прятаться. Нужно, чтобы о принце узнали. Чтобы у него появились союзники. Иначе какой правитель без поддержки?
— Он правитель по праву рождения.
— Даже если артефакт примет его таким, кто из людей захочет верить в самозванца? Цвет волос, как ты видишь, можно подменить. Ему нужны навыки, связи. А сейчас ты растишь из него будущего генерала, замену себе. Подаёшь ему пример, что все проблемы можно решить мечом. Так мы получим разве что жестокого правителя.
Точнее, один раз он его уже воспитал. Значит, в этой версии жизни нужно менять всё.
Глава 22
— Так мы получим разве что жестокого правителя, — говорю я, и мой голос звенит в тишине избы.
Тарган молчит. Смотрит на меня, и я вижу, как ходят желваки на его скулах. Он не привык, чтобы ему перечили. Тем более женщина, которую он нанял в служанки.
— Ты многого не понимаешь, Алана, — говорит он наконец, и в голосе холод. — Ты не воин. Не тебе учить меня, как растить мужчину.
— Я не учу тебя. Я прошу подумать.
— Я думаю. Каждый день. О том, как уберечь его от смерти. А ты хочешь вытащить его на свет, где его сразу же убьют.
— Я хочу, чтобы он не боялся этого света. Чтобы он знал, что есть не только меч.
Тарган резко встаёт, арбалет падает на пол. Я вздрагиваю, но не отступаю.
— Хватит, — говорит он резко и грубо, сверля меня пронзительным взглядом. — Ты здесь для того, чтобы готовить и убирать. Не лезь туда, где ничего не смыслишь.
Он выходит из избы, хлопает дверью. Я остаюсь одна. Сижу на лавке, смотрю на закрытую дверь и чувствую, как внутри всё кипит. Но спорить бесполезно. Он привык командовать. Привык решать всё за других.
Арист сидит за перегородкой, я слышу его дыхание. Он не выходит, молчит.