— Ты правда думаешь, что я лучше них?
— Я знаю это, — говорю я твёрдо. — И ты сам знаешь.
Он кивает, вытирает глаза рукавом и садится прямее.
— Хорошо. Я докажу им. Я никому ничего не должен объяснять.
Глава 19
Вечер опускается на деревню быстро. За окном темнеет, снег приобретает синеватый оттенок. Я стою у печи, помешиваю похлёбку, которую сварила из круп и солёного мяса. Запасы пока скудные, но горячая еда нужна Таргану после долгого дня в лесу. Рядом на столе лежат две мягкие лепёшки, я испекла их час назад, накрыла чистой тряпицей, чтобы не остыли.
Арист сидит на лавке, перебирает мои травы. Сегодня он помогал мне с утра: наносил воды, колол мелкие щепки для растопки. Я вижу, как он устал, но не жалуется. Только поглядывает на дверь.
— Скоро вернётся, — говорю я, хотя сама чувствую тревогу. Лес большой, а Тарган один.
— А вдруг заблудится? — спрашивает Арист тихо.
— Не заблудится. Он опытный охотник.
Я накрываю на стол. Три миски, три ложки, три кружки для травяного чая. Горшок с похлёбкой ставлю на середину, лепёшки рядом. В избе пахнет едой и теплом. Я поправляю фитиль в масляной лампе, свет становится ярче.
Мы ждём. Тишина за окнами нарушается лаем собак да редкими голосами деревенских. Я сажусь рядом с Арианом, беру в руки шитьё. Рубашка Таргана порвалась на плече, нужно зашить до утра. Арист наблюдает за иглой, потом переводит взгляд на дверь.
Шаги раздаются неожиданно. Кто-то тяжёлый идёт по снегу, останавливается у крыльца. Я слышу, как отряхивают одежду, как лязгает арбалет, прислонённый к стене. Арист вскакивает, но не бежит к двери, только смотрит на неё с надеждой.
Дверь открывается. Тарган входит, и с ним врывается струя холодного воздуха. На плече у него висят два зайца, лицо раскраснелось от мороза, но глаза довольные.
— С первой охоты не с пустыми руками, — говорит он, снимая добычу. — Заодно лес осмотрел насколько смог.
Я подхожу, принимаю зайцев. Шкурки ещё тёплые, кровь капает на пол, но я не обращаю внимания. Вешаю тушки на крюк у двери, там, где они провисят до завтра.
— Мясо свежее, — замечает Арист, и в его голосе слышится восхищение.
— Ужин готов, — говорю я. — Мой руки и садись.
Тарган кивает, уходит за перегородку, плещет водой из ведра. Я разливаю похлёбку по мискам, кладу каждому по лепёшке. Когда он садится за стол, я замечаю, как он устал. Пальцы сжимают ложку крепко, ест быстро, но аккуратно.
— Много зверья? — спрашиваю я.
— Следов много. Завтра поставлю ловушки глубже в лесу. — Он откусывает лепёшку, запивает чаем. — Деревня тихо жила?
— Всё спокойно, — отвечаю я, не упоминая про утренний разговор с детьми. Не сейчас.