— Ты справился, — шепчу я ему в висок. — Ты справился так, как никто не ожидал.
— Я просто сделал то, чему ты меня учила, — отвечает он решительно.
— Я говорил правду.
— Да, — я глажу его по спине. — И это было сильно. Сильнее любых интриг.
В этот момент в коридоре появляется Вейрон. Он подходит быстро, почти бегом, и по его лицу я понимаю: что-то случилось.
— Госпожа, — говорит он, запыхавшись, — гонцы вернулись. Марк доставлен в столицу. Он согласен дать показания перед Советом.
Я поднимаюсь, чувствуя, как внутри разливается холодная, почти хищная радость. Теперь у нас есть не только слова. У нас есть доказательства.
— Отлично, — говорю я. — Завтра мы предъявим их Совету. И тогда посмотрим, как запоёт Рейнар.
Вейрон кивает и уходит готовить всё к завтрашнему заседанию, а я остаюсь в коридоре с Арианом. Его рука всё ещё дрожит в моей ладони, но лицо уже спокойное. Он смотрит на меня и говорит тихо:
— Ты думаешь, этого хватит? Показаний Марка?
— Должно хватить, — отвечаю я. — Он был там и слышал приказ. Если Совет увидит живого свидетеля, который подтвердит, что Рейнар через лорда Дейна отправил отряд убить тебя, им придётся что-то решать.
— Но они могут не поверить, — Ариан хмурится. — Скажут, что он куплен. Или запуган.
— Мы не дадим им повода так сказать, — я кладу руку ему на плечо. — Марк будет говорить при всём Совете. При тебе. При Мерроу. Если Рейнар попытается его заткнуть, это будет выглядеть как признание вины.
Ариан кивает, но я вижу, что он всё ещё напряжён. Я понимаю его. Показания лазутчика это наше главное оружие, но Рейнар не будет сидеть сложа руки. Он знает, что мы везём свидетеля. Вейрон сказал, что гонцы вернулись, но значит ли это, что Рейнар не попытается перехватить Марка по дороге во дворец?
— Где сейчас Марк? — спрашиваю я, когда Вейрон возвращается.
— В подвале западного крыла, — отвечает капитан. — Я приставил к нему четверых бойцов. Надёжные люди, из тех, что пришли со мной из форта.
— Этого мало, — говорю я. — Рейнар знает дворец лучше нас. Он может подкупить стражу, подослать кого-то под видом слуги. Марка нужно перевести в другое место.
Вейрон задумывается, потом кивает.
— Есть комната в восточном крыле, рядом с покоями принца. Там нет окон, только одна дверь. Если поставить у входа двоих, а внутри ещё одного, никто не пройдёт незамеченным.
— Сделайте это сейчас, — говорю я. — Ночью будет поздно.
Вейрон уходит, и я снова остаюсь с Арианом. Мы идём в его покои. Он садится на кровать, я завариваю мяту с ромашкой, теперь его любимый сбор, который помогает уснуть. Протягиваю кружку, он берёт, греет ладони.