— Ты боишься? — спрашиваю я.
— Нет, — отвечает он. — Я просто хочу, чтобы это закончилось. Я устал прятаться, устал ждать удара. Я хочу, чтобы всё решилось.
— Завтра, — говорю я. — Завтра многое решится.
Он пьёт чай, потом ложится, и я укрываю его одеялом. Он засыпает быстро, но я знаю, что сон его будет беспокойным. Слишком много всего свалилось на плечи девятилетнего мальчика.
Я выхожу в коридор, где уже меня ждёт Вейрон.
— Марк в безопасности, — докладывает он. — Я лично проверил посты.
— Хорошо, — я прислоняюсь спиной к стене и закрываю глаза. — Что слышно от Торина?
— Пока ничего, — отвечает Вейрон. — Но он обещал прислать вестника, как только доберётся до Мерроу. Если всё пройдёт хорошо, через пару дней мы получим письмо.
Я киваю. Где-то там, на восточных трактах, Торин скачет сейчас к гарнизону. Я представляю его лицо, его шрам на губе, его руки, которые так надёжно обнимали меня в ту ночь. Я скучаю по нему. Но сейчас не время для сантиментов. Сейчас время действовать.
Ночь тянется долго. Я не сплю, сижу у окна и смотрю на звёзды. Где-то в другом крыле дворца, наверное, тоже не спит Рейнар. Плетёт свои сети, придумывает новый ход. Но теперь у нас есть Марк. И если всё получится, завтра эти сети порвутся.
На рассвете я бужу Ариана. Он встаёт без капризов, одевается сам, затягивает ремень с мечом.
— Волнуешься? — спрашиваю я.
— Немного, — признаётся он. — Но я готов.
Мы выходим в коридор, где нас уже ждут Вейрон и четверо бойцов. В центре, окружённый охраной, стоит Марк. Он выглядит бледным, осунувшимся, но взгляд его твёрд. Когда он видит Ариана, то опускает голову.
— Ваше высочество, — говорит он хрипло. — Я сделаю то, что должен.
— Я знаю, — отвечает Ариан. — И я помню, что обещал. Ты получишь помилование.
Мы идём к залу Совета. В воздухе разлита странная, почти осязаемая напряжённость. Я чувствую её каждой клеткой. Сегодня всё изменится. Сегодня мы предъявим доказательства, и Рейнару придётся ответить за свои преступления.
У дверей зала нас встречает лорд Мерроу. Он оглядывает Марка и кивает.
— Я предупредил Совет, что у вас есть свидетель. Они ждут.
— Тогда не будем заставлять их ждать, — говорю я.
Двери открываются и мы входим, а я вижу, что Рейнар уже здесь. Он сидит на том же месте, что и вчера буквально излучая ледяное спокойствие. И это почему-то пугает меня больше, чем любые угрозы.
— Уважаемые лорды, — произносит он, поднимаясь. — Я слышал, что мой брат привёл свидетеля. Что ж, давайте послушаем, что скажет этот человек. А потом я скажу своё слово.
Он садится. Я смотрю на него и понимаю: он что-то задумал. Что-то, о чём мы не знаем. Но отступать поздно.