Я разворачиваюсь в его объятиях и смотрю ему в глаза.
— Ты серьёзно? — переспрашиваю я, хотя внутри уже всё поёт.
— Никогда не был серьёзнее.
Свадьбу назначают через месяц. Ариан, который теперь король, лично подписывает указ о бракосочетании и это его первый официальный документ, если не считать помилования Рейнара. Он подходит к этому с такой важностью, будто это государственная миссия.
— Я хочу, чтобы у вас была самая красивая свадьба, — говорит он, когда мы обсуждаем детали. — Чтобы все запомнили.
— Мы уже всё запомнили, — улыбаюсь я, гладя его по алым волосам. — Нам не нужна пышность.
— Всё равно, — упрямо повторяет он. — Вы заслуживаете.
Дворец готовится к празднику. Швеи шьют мне белое платье, с длинным шлейфом и вышивкой в виде алых роз, цвета Радоссов. Повара обсуждают меню, слуги расставляют в храме цветы, и я каждый день ловлю себя на мысли, что это происходит со мной. Со мной, которая ещё недавно бежала по переулкам с узелком в руках.
За день до свадьбы я иду в храм одна. Торин хотел пойти со мной, но я прошу его подождать. Мне нужно побыть наедине с тишиной, с мыслями. Я стою у алтаря, смотрю на витражи, на которых изображены древние короли Радоссы, и не могу поверить, что завтра я стану женой одного из них. Даже не по расчёту или принуждению, а по любви.
Возвращаюсь в покои поздно вечером. Торин ждёт меня у двери, и я вижу в его глазах тревогу.
— Всё хорошо? — спрашивает он.
— Всё хорошо, — отвечаю я с лёгкой рассеянной улыбкой. — Просто думала.
— О чём?
— О том, что если бы я не сбежала тогда, если бы не встретила тебя в том переулке...
— Ты бы встретила меня в другом месте, — перебивает он. — Мы бы всё равно встретились. Я верю в это.
— Ты стал таким романтичным, — мои губы сами растягиваются в улыбке от его слов.
— Это ты на меня влияешь.
Утром в день свадьбы идёт дождь, но никто не обращает на это внимания. Весь двор собирается в главном храме, даже те лорды, что ещё недавно сомневались в нашем праве. Я иду по мраморному полу, сжимая в руках букет белых роз, и смотрю на Торина, который ждёт меня у алтаря. Он в парадном мундире с алым шарфом Радоссов, и его лицо такое суровое всегда сейчас мягкое, почти растерянное от счастья.
Ариан стоит рядом с ним, в короне. Ему всё ещё девять, но он выглядит старше. Его выдаёт прямая спина, спокойный взгляд и уверенность в каждом жесте. Я вижу, как он улыбается, и в этой улыбке нет ни капли той взрослой серьёзности, которую он носит последние месяцы. Он просто мальчик, который радуется за свою семью, которой мы, к моему удивлению, действительно стали.