— Как звать? — голос генерала заставляет меня вздрогнуть, когда он вдруг обращается ко мне.
Я поднимаю глаза.
— Элина, — отвечаю тихо.
— Элина, — повторяет он равнодушно. — Слушай сюда, Элина. Ты нанялась ко мне в услужение. Работать придётся много. Жить будешь в поместье, где нет никого, кроме нас. Про то, что было до сегодняшнего дня, забудешь. Про то, что увидишь в ближайшее время, — тем более. Вопросы?
— Нет, — качаю головой.
— Теперь спи, — кивает он на скамью и отворачивается к щели в пологе, теряя ко мне всякий интерес.
Сердце колотится в груди с бешеным стуком. Я делаю вид, что закрываю глаза, но какой может быть сон? Сейчас только день, даже к полудню время ещё не близится, но я всё равно послушно делаю вид, что сплю.
Повозка катится, мерно покачиваясь. Солнечные лучи пляшут на полу, где-то поют птицы, возницы перекликаются. Обычный день. Обычная дорога, но в моей голове целый ураган из разных мыслей.
Принц, которого прячут в повозке и увозят из столицы это неспроста. Я помню обрывки новостей из той, другой жизни: заговоры, предательства, борьба за трон. Значит, уже началось. Значит, даже сейчас, когда Ариану всего восемь, на него уже охотятся.
В голове не укладывается, что этот ребёнок вырастет и станет монстром. Что его руки будут по локоть в крови. Что по его приказу будут казнить ни в чём не повинных людей. Что должно случиться с человеком, чтобы он превратился в такое?
Повозка резко тормозит, и я едва не лечу вперёд. Лошади ржут, снаружи крики, и генерал открывает глаза мгновенно.
— Ариан, — говорит он тихо. Мальчик садится так быстро, словно только и ждал. — Ко мне.
Я вжимаюсь в стену, стараясь стать как можно меньше. Генерал приоткрывает полог, выглядывает наружу, и я вижу, как напрягаются мышцы на его спине.
— Что там? — спрашивает мальчик. Голос ровный, но я замечаю, как побелели его пальцы, вцепившиеся в скамью.
— Засада, — отвечает генерал коротко. — Не выходите.
Он выскальзывает наружу, и мы остаёмся вдвоём.
Снаружи — шум, крики, лязг металла. Я слышу, как генерал отдаёт приказы, как кто-то вскрикивает, как лошади бьются в упряжи. Ариан сидит напротив, и его лицо — спокойная маска, но я вижу, как дрожат его губы, как он сжимает кулаки, чтобы не показать страха.
Принц. Его учили не бояться. Или хотя бы не показывать страх.
— Всё будет хорошо, — шепчу я, сама не зная, зачем. Просто вырывается.
Он смотрит на меня со взглядом полным достоинства, что мне становится стыдно за свою жалость.
— Я знаю, — отвечает он тихо. — Мой дядя лучший воин королевства.
Грохот снаружи становится громче. Кто-то падает на повозку, и Ариан вздрагивает, но молчит, только закусывает губу. Я смотрю на потолок, где ткань прогибается под чьим-то телом, и понимаю, что мы не просто в опасности — мы в ловушке.