За стеной сразу послышались голоса, а затем тяжёлые шаги по внутреннему двору и лязг засова. Ворота открываются не сразу, а лишь на узкую щель, из которой выглядывает загорелое лицо с седыми усами.
— Кто такие? — спрашивает голос хрипло, но без враждебности.
— Свои, — отвечает Торин и чуть поворачивает плечо, чтобы алый шарф было видно. — Генерал Радосс. Доложи капитану.
Усатый замирает, щурится, разглядывая Торина, потом переводит взгляд на меня и Ариана. Его глаза расширяются, когда он замечает рыжие пряди мальчика, уже заметно отросшие и горящие в лучах утреннего солнца алым.
— Генерал… — выдыхает он и исчезает.
Мы остаёмся ждать, но я чувствую какое-то напряжение. Ариан стоит тихо, но его пальцы сжимают рукоять меча. Я не знаю, учил ли его Торин так стоять, или это выходит само собой от напряжения.
Через несколько минут ворота открываются шире, и навстречу выходит высокий сухощавый человек в тёмно-синем мундире с короткой седой бородой и шрамом через левую скулу. Он останавливается в двух шагах, рассматривая Торина.
— Клянусь предками, — произносит он глухим голосом. — Торин Радосс собственной персоной. Я уж думал, слухи о твоей возможной гибели не врут.
— Слухи врут всегда, капитан Вейрон. — Торин делает шаг вперёд, и они обмениваются рукопожатием. Я вижу, как напряжённые плечи капитана чуть опускаются.
— А это кто? — Вейрон переводит взгляд на нас, и я снова чувствую себя неуютно под чужим пристальным взглядом. — Женщина и ребёнок с тобой? Не похоже на тебя, генерал.
— Поговорим внутри. — Торин оборачивается ко мне и кивает: — Идём.
Мы заходим во внутренний двор, где находится ровный плац, за ним располагаются казармы, конюшни и склад оружия. Солдаты, что попадаются по пути, провожают нас взглядами, но никто не заговаривает.
Капитан проводит нас в небольшой каменный дом, где, видимо, живёт сам. Узкий коридор, скромная гостиная с деревянным столом и картами на стенах. Он жестом приглашает садиться.
Торин садится первым, Ариан пристраивается рядом с ним. Я опускаюсь на лавку напротив, чувствуя себя лишней. Капитан достаёт из шкафа кувшин с водой, разливает по кружкам.
— Рассказывай, — говорит он, глядя на Торина. — Где пропадал? Почему не давал вестей?
Торин делает глоток, и я вижу, как он собирается с мыслями.
— Приказ короля, — говорит он наконец. — Когда стало ясно, что болезнь может свести его в могилу, брат велел мне увезти Ариана из столицы и спрятать. Он боялся, что в случае его смерти мальчика убьют раньше, чем он успеет взойти на трон.
— Король жив, — замечает капитан. — Вести дошли даже сюда.