Хотя, может, это мои домыслы, а бедный Боря ни сном ни духом.
И тут на ум пришел Морозов. Не пришел, а вторгся. Ворвался непрошено. И меня будто горячей волной окатило.
А затем возникла и вовсе дикая мысль: интересно, а если бы он меня поцеловал? Сердце тотчас взволнованно затрепетало, а щеки словно опалило огнем.
Совсем с ума сошла, рассердилась я на себя. Нашла что представлять!
Но взять и просто «отключить» голову не получалось. И ничуть не помогали внушения, что Морозов — хам и гопник, и бабка у него бешеная, и друзья — сплошные уроды. Я закрывала глаза, а видела его жгучий взгляд. И в груди тяжело и гулко бухало, а лицо горело.
Я не выдержала. Пошла на кухню выпить чаю с малиной. Заодно прихватила телефон. Хотела снова ему позвонить. Все-таки из-за этой Сороки душа не на месте.
И тут вдруг экран вспыхнул. Пришло новое сообщение. От него!
От неожиданности я едва не выронила телефон.
«Надо поговорить»
«Я не сплю. Звони» , — ответила я, сразу разволновавшись еще больше.
«Я возле твоего дома. Можешь выйти?»
Он с ума сошел! Время вообще видел? Но сама при этом, не колеблясь, написала, что сейчас выйду. Да потому что теперь я бы точно до утра не уснула. Терзалась бы, что такого хотел сказать Морозов. Ну и, если быть до конца честной, мне вдруг захотелось его увидеть. И эта его фраза«Я возле твоего дома» окончательно лишила меня покоя. У меня даже слабость и ломота куда-то исчезла, а сердце вновь начало прыгать.
В потемках я нашарила теплый свитер, позаимствовала джинсы матери — мои промокли — и ее куртку. Ноги сунула в сапоги тети Нины и, надвинув капюшон на лоб, вышла в подъезд. Спустилась на первый этаж и увидела его. Морозова.
Он стоял спиной к двери, сунув руки в карманы, и смотрел на меня исподлобья. Как-то не очень смотрел, тяжело и как будто со злостью. Что опять не так? Или он не нашел Сороку?
— Привет, — поздоровалась я, подмечая, что он весь перепачкан в грязи, будто вместе с Сорокой барахтался там, в могиле. А еще у него, кажется, разбито лицо. Но в полумраке подъезда было плохо видно.
Морозов на мое приветствие не ответил и продолжал сжигать меня своим немигающим взглядом.
— Честно говоря, не ожидала тебя здесь увидеть.
— А чего ты ожидала? — запальчиво спросил он. — Что меня твои дружки уроют там же на кладбище?
— Что? — не поняла я.
— Да что вы вообще за люди такие? — продолжал наезжать Морозов. — Да какие вы люди? Вы — нелюди! Хуже животных. С чего ты взяла, что вам можно безнаказанно творить всякую дичь?
От шока у меня буквально пропал дар речи. Что он вообще несет?