Да они и не прятались. Стояли плотной кучкой, человек десять, не меньше, разговаривали, смеялись. Еще двое чуть в стороне курили, сидя на корточках.
— А вон и Паша со своими, — изрек Руслан. — А где Морозовские отморозки?
Мы медленно подъехали ближе. Завидев машину Никиты, парни разом повернулись в нашу сторону. Разговоры стихли.
— Блин, — встревожился Булатов, — это Морозов! Никит, а Паша-то где?
Никита тоже больше не выглядел ни азартным, ни ликующим. Он быстро набрал, наверное, этого Пашу, но там на звонок не ответили. Он еще пару раз попытался — и безуспешно. Теперь он тоже заметно занервничал.
— Да блин, где ты? — прошипел он.
Толпа тем временем расступилась, и показался Морозов. Он медленно направился в нашу сторону, остальные, чуть приотстав, последовали за ним.
Никита, уже вовсю психуя, снова набрал Пашу.
— Давай же! Возьми трубку! Дебил!
Морозов был всего в нескольких шагах. И Никита не выдержал — втопил педаль газа, сдал назад, развернулся и поехал обратно…
68
Никита
Никита гнал так, словно его преследовали, нарушая все правила подряд. Разве что на встречку не выезжал.
Всё пошло не так, и это его чертовски злило. Настолько сильно, что эта злость клокотала внутри как живая. Невозможно было терпеть. Он и не стерпел — сорвался на Руслане. Хотя проблема не в нем, конечно. Но тот достал своими идиотскими вопросами. Совсем не сечет, когда лучше помолчать, зудит под боком без умолку.
— Как думаешь, Никит, почему Паша не приехал? А ты давно с ним созванивался? Он прям так и сказал, что выезжает? А он не мог тупо слиться?
Лучше бы молчал, как остальные. Хотя и их молчание тоже раздражало. Думают, поди, что он струсил. А он не струсил, просто делать ему больше нечего, как подставляться Морозову. Не для того он сюда ехал.
Впрочем, плевать, кто и что там думает. Чужое мнение его волнует в последнюю очередь. А вот то, что все обломилось — это… даже слов таких нет, как сильно это его взбесило.
— Интересно, а кого подтянул Морозов? Не своих ли с секции? Я не успел разглядеть…
— Да заткнись ты уже! — рявкнул Никита.
Проехал еще немного и тормознул на перекрестке так резко, что ремень больно впился в тело. Дурак Булатов чуть в лобовое не влетел своей тупой башкой. Этих сзади тоже хорошенько тряхнуло. Вероника жалобно пискнула, а Томашевский услужливо залепетал: «Ева, ты как? Не ушиблась?».
Сейчас они все его злили неимоверно.
— Всё, дальше сами, — произнес Никита таким тоном, что ни у кого не возникло и мысли возразить, высказать недовольство или даже просто спросить, почему так.
Один за другим его друзья выползли из машины на тротуар, и Никита тут же сорвался с места, чуть не сбив какую-то заблудшую дворнягу. Та чудом успела отскочить в последнюю секунду.