— Уберите, — попросил он проходящего мимо официанта. — А за разбитый стакан включите в счет.
Паренек в оранжевом кивнул и умчался куда-то в подсобное помещение. А спустя минуту оттуда вышел уже другой парень, разнорабочий в темно-серой спецовке. С веником и совком.
Я сначала на него даже внимания не обратила — я на таких никогда не смотрю. А потом случайно взглянула и сама чуть стакан не выронила. Это был Морозов…
26
Сосредоточенный и хмурый, Морозов подошел к нашему столику и лишь тогда взглянул сначала на Головина, у ног которого валялись осколки, затем — на остальных и в последнюю очередь — на меня.
Честное слово, я прямо физически ощутила, как он нас всех ненавидит и презирает. Причем меня — в особенности. В его глазах так и полыхнул смертоносный огонь.
Не знаю уж, что там у него с Головиным, но меня он совершенно точно записал в заклятые враги. Не очень приятно, но в целом плевать. Этот король нищих гопников мне тоже не нравится.
Но и Головин хорош. Не понимаю, к чему надо было устраивать это представление?
Хотя понимаю, конечно. Унизить захотел. Щелкнуть по носу. Мол, мы тут такие важные, а ты — обслуга. И хотя я сама, бывало, поступала не лучше, но стало как-то немного не по себе. Не ожидала я от Никиты такой мелочности.
— У тебя, Головин, руки из ж… растут? — грубо спросил Морозов. — Стакан удержать не можешь?
— Твое дело — молча убирать. Вот и убирай, — с высокомерной ухмылкой процедил Головин, а сам даже ноги не сдвинул.
Ух, как Морозов сверкнул своими черными глазищами! Прямо молнии полетели. Я даже подумала, что он сейчас его ударит. Но нет, стиснув челюсти, он стал заметать осколки в совок.
— А про что мы говорили? — спросила Вика.
— Про то, что надо Еве показать, где у нас тут что… — хмыкнул Руслан.
— А пойдем с нами в клуб в эту пятницу? — подхватил Боря, коснувшись моей руки.
— Можно и сходить, — согласилась я. В конце концов не сидеть же с матерью в четырех стенах.
Морозов уже смел почти всё, как вдруг Вика опрокинула картонный бокс с недоеденными куриными байтсами. Кусочки курицы рассыпались по полу.
— Упс… Какая досада, — издала она смешок. — Убери еще здесь.
Мне и выходка Никиты показалась тупой и мелкой, а это уж вообще какой-то бред. Просто рука-лицо. Будь на месте хама Морозова кто-нибудь нормальный, я бы наверняка не удержалась и высказалась по полной. Но тут лишь съязвила немного:
— А мы теперь по очереди будем разливать и рассыпать?
Боря как-то сконфуженно улыбнулся и посмотрел на Никиту, который сидел как сфинкс с непроницаемым лицом.
— Ну что ты встал? Убирай! — потребовала Вика.