— Максим, не спишь еще? Я вот что подумала… ладно, так и быть, приводи к нам свою Еву. Познакомимся. Может, не так она и плоха…
82
Ева
Сколько всего я передумала за эти два дня!
Первый порыв был послать к черту Морозова вместе с его бешеной бабкой. Ну это после того, как она орала мне в спину гадости на всю улицу, а я, как оплеванная, шла, ловила на себе любопытные взгляды прохожих и ничего сделать не могла — ни ответить, ни защититься.
Было ощущение, что я душу открыла, а по ней грязными сапогами потоптались.
Пришла домой и, наверное, целый час рыдала от обиды. Я так злилась на Макса, что даже разговаривать с ним в тот вечер не хотела и выключила телефон.
Тетя Нина меня всячески утешала.
— Да наплюй ты. Мало ли какую ересь несет эта безумная старуха. Я тоже от нее хлебнула в свое время, когда Анька сбежала. Орала тут на меня, беременную. Позорила на весь дом. И до сих пор со мной не здоровается, но хоть цепляться перестала…
Подобрав слезы рукавом, я кивнула, мол, помню.
— Не плачь, Ева. Подумаешь, люди слышали ее вопли, — обнимала она меня за плечи. — Все знают, что она с головой не дружит. И ты знаешь, что она неправа. Ты совсем не такая. Эта всё та старая история с Юркой. Она видит в тебе твою мать, вот и бесится. Ну а положа руку на сердце, зачем тебе ее Максим? Может, он и неплохой парень. Но слишком прост для тебя. Как говорится, не твоего полета. Да и баба Маша эта ненормальная никуда не денется. Он ее не бросит. И она с тобой никогда не примирится. Будет вам нервы трепать.
И я понимала, что она права — Макс ведь и правда никогда свою бабку не оставит. Он любит ее, заботится о ней. Она — его единственная родная душа. И в том, что эта душа никогда меня не примет, тоже верно. И за это я злилась на Макса еще больше, как будто он уже от меня отказался. И так обидно было, что терпеть невозможно. Казалось, что сердце по-настоящему кровоточило.
Но потом, когда первая злость улеглась, пришло понимание — он не виноват. Точно так же, как я не виновата в том, что творит мать. И чем тогда я лучше его ненормальной бабки, когда перекладываю ответственность за ее слова на него? Он сам, наверное, там мучается. Только выхода у нас все равно нет…
На следующий день тетя Нина собралась в гости в соседний поселок к какой-то своей давней подруге на юбилей. И меня уговорила поехать с ней. Впрочем, я не особо и упиралась. Не люблю, конечно, такие посиделки с кучей незнакомых людей, но я была в таком раздрае, что не хотела оставаться дома в одиночестве. Хоть переключусь, решила я. И все эти терзания поставлю пока на паузу. Но я себя переоценила.