— Это он тебе признался? — краснея, спросила она.
— Неважно.
— Ты теперь ко мне плохо относишься? — у нее задрожал подбородок.
Я отвернулся в сторону.
— Ты меня ненавидишь? Презираешь? — всхлипывала Варька, готовая вот-вот разреветься по новой.
Несколько секунд я молчал, подбирая слова. Потом снова посмотрел на нее.
— Ну что ты глупости собираешь? Как я могу тебя ненавидеть? Ты для меня близкий человек. Ты же знаешь, что я за тебя кого угодно порву. Но я не понимаю, зачем ты это сделала. И зачем мне врала.
Варька опустила голову и еле слышно пробормотала:
— Да, я вытянула канат. Но только потому, что она меня всячески унижала и оскорбляла! Гадости мне говорила. Смеялась надо мной… Типа, она вся такая модная, крутая, на стиле, в бренды одевается, а я колхоз. Ношу паль. Ну и не только про это… Ты далеко впереди бежал и не слышал, как она надо мной… издевалась… на словах, конечно, но знаешь, как обидно? Я просто психанула!
Это, конечно, в духе Габер, за языком она вообще не следит, но и Варьку я понять не мог.
— Психанула? Ну, охренеть! Ладно, ты подставила всю команду. Но ты подвергла ее жизнь опасности. Она запросто могла сорваться, шею себе свернуть. Об этом ты не думала? И потом зачем ты все валила на нее? Зачем облила ее матрас?
— Тебе она нравится, да? После всего, что она сделала, после всего, что она про тебя говорила… Она все равно тебе нравится?
— Варя, да о чем ты? Ты вообще мне слышишь? — повысил я голос.
Варька закрыла лицо и горько разрыдалась. Но стоило мне отойти на пару шагов, как она тут же подорвалась за мной. Я шел к бараку, не замедляя шаг, а она семенила за спиной.
— Ты теперь не будешь дружить со мной? Мы поссорились? Максим! Ну прости меня! Я не подумала… я не хотела… Ну, что мне сделать, чтобы ты меня простил?
Я остановился. Повернулся к ней.
— Не у меня ты должна просить прощения.
Варька остановилась как вкопанная. Лицо ее мгновенно исказилось.
— Ты хочешь, чтобы я просила прощения? У нее? У Габер? Которая нас даже за людей не считает? Которая с грязью нас смешивала? Которая вместе с Головиным над Мутным издевалась? Не могу поверить в это!
Громко и надрывно всхлипнув, она развернулась и побежала опять в сторону беседки.
51
Ева
Проснулась я позже всех. В голые окна вовсю лило солнце. Кругом стоял шум, возня, смех.
— А эту будем будить? — сквозь сон пробился чей-то вопрос.
— А давайте ее тут оставим, вот будет прикол, — хохотнул пацан из одиннадцатого «Б». Козел.
Я уже хотела встать и убить его взглядом, но тут Морозов подал голос:
— Тебя самого сейчас тут оставим, приколист.