Перед уходом Боря отвел травматолога в сторонку и о чем-то с ним недолго шептался. Затем мы с ним поехали домой.
Всю дорогу Боря развлекал меня болтовней, я же изо всех сил крепилась, чтобы не заснуть. А потом, когда мы проезжали по Зарядью, уже недалеко от дома тети Нины, я вдруг увидела двоих: Мутовина и Морозова.
Заметила я их еще издалека, но опознала, только когда мы подъехали достаточно близко. Они стояли прямо под фонарем и что-то бурно обсуждали. Затем Мутовин сел на мопед и свернул в темную подворотню. А Морозов, сунув руки в карманы, двинулся вдоль дороги дальше.
Вот же уроды! Отморозки поганые!
— Останови, — велела я Боре.
— Да не надо, — отчего-то занервничал он.
— Останови говорю, пока он не скрылся.
Потому что Морозов тоже уже свернул с дороги во дворы, но пока я еще различала его силуэт.
— Что ты хочешь сделать?
— Для начала просто выскажусь.
— Зачем?
— Что значит зачем? Они, уроды, такой беспредел творят. Я молчать должна? Ну уж нет! Да меня иначе разорвет.
— Сейчас не стоит, правда. Давай завтра в школе выскажешь. Когда будет рядом и Никита, и Руслан, и вообще…
— Чтобы сказать, что я думаю, мне группа поддержки не нужна. Но ты можешь высадить меня и ехать дальше.
Боря все-таки притормозил у обочины. Я выскочила и, хлопнув дверью, припустила за удаляющимся Морозовым.
— Эй! — окликнула я его, повернув за ним следом. — А ну стой! Сволочь…
Морозов не оглядывался, шел себе, держа руки в карманах, метрах в двадцати передо мной, хотя, конечно же, слышал. Не мог не слышать. Я вон даже шаги его различала.
Я пошла еще быстрее, почти догнала его, но он уже пересек безлюдный двор и снова свернул в проулок. Я последовала за ним, но сделала всего несколько шагов и остановилась.
Сюда не доходил свет из окон домов или уличных фонарей, и тьма стояла кромешная. Я даже собственную вытянутую руку едва видела.
Напоследок я все же прислушалась, но в проулке было тихо. Видать, Морозов уже ушел. Быстро же он однако…
Я решила — ладно, завтра в школе всё выскажу ему и его прихвостням, если за ночь не остыну.
Я уже было собралась развернуться и пойти обратно, как вдруг уловила прямо перед собой шорох. Кто-то стоял прямо передо мной, буквально в двух шагах.
Вздрогнув, я попятилась. И тут же кто-то крепко схватил меня за локоть и грубо припечатал спиной к шершавой стене, я и ахнуть не успела.
— Какого хрена? — зло бросил Морозов мне прямо в лицо…
32
Сердце испуганно екнуло, но больше от неожиданности. В крови у меня еще предостаточно было адреналина, чтобы побороть испуг и запальчиво ответить: