— Я вовсе тебя не наказываю, — он не отпускал.
— Тогда что?
— Я тебя хочу. С ума схожу — как хочу. Поэтому целую.
Девушка замерла. Он озвучил то, о чем она и сама уже догадывалась. Но сказанное так прямо и просто, это сорвало все маски. Раньше они стояли друг напротив друга, и между ними была дверь — закрытая, но не запертая. Теперь двери не было.
— Но… ты же говорил, что не видишь во мне женщину. Отпусти меня! — прошипела она.
— Ты тоже обещала мне беречь себя, — ответил он, отпуская ее и отступая за стол.
Она встала, постояла немного, собираясь с силами, и пошла к выходу.
— Сиань, я тебя не отпускал, — вкрадчиво проговорил принц, пропуская мимо ушей ее «ты».
Она остановилась, сжала и разжала кулаки. Потом развернулась и выдохнула шепотом, кипя от гнева:
— Ничего страшного не произошло. У меня даже синяка не будет. Но зато при всем гарнизоне ты притащил меня сюда, как мешок… не знаю чего. И они сейчас стоят и думают, чем мы тут занимаемся за закрытыми дверями. Давай, задержи меня подольше. Пусть их фантазия разыграется!
Она снова развернулась к двери.
— Боже, я просто не знаю, что мне с тобой делать, — проговорил принц, закрывая лицо руками.
— Ты ничего не должен со мной делать!
Она почти дошла до двери, когда он прошипел сквозь зубы:
— Вернись. Сейчас же.
— Мне нужно уйти, иначе мы поругаемся, господин Чжу.
— Господин Чжу? Теперь я снова господин Чжу? Вернись сейчас же!
Она тяжело вздохнула, постояла спиной к нему, потом взяла себя в руки, развернулась и, сделав несколько шагов к столу, встала, уставившись в пол.
Он поднялся и подошел к ней сам. С каждым его шагом ей все сильнее хотелось плюнуть на все — на гордость, на последствия — и просто убежать.«Нет. Не побегу. Но если он только дотронется до меня — побью».
— Ли Сиань, послушай меня. Я ведь уже говорил тебе: ты мне не безразлична. Я просыпаюсь, думая о тебе, и ложусь спать, думая о тебе. Ты и дальше собираешься это игнорировать?
— Надеюсь, при этом ты ничего хорошего обо мне не думаешь.
Он усмехнулся:
— И нехорошее я о тебе тоже думаю.
— Я тоже часто думаю о тебе нехорошо, что уж скрывать! — с вызовом ответила она.
— Уверен, мы говорим о разных вещах.
Она промолчала — все и так было понятно. Тишина повисла между ними, густая и напряженная.
— Ваше Высочество, — наконец заговорила она, стараясь говорить ровно, — я понимаю ваши чувства. Наверное, понимаю. Но прошу вас: давайте не будем даже начинать эти игры.
— Я с тобой не играю, Ли Сиань.
— Чтобы ты ни говорил — это игры! — она сделала вдох и продолжила спокойнее: — Вы наследный принц. Я вообще не из вашей страны. Учитывая мои прежние заслуги, меня давно надо было казнить. И я, кажется, ясно дала понять: меня не интересует ни брак, ни другие отношения с мужчинами. Я хочу, чтобы меня просто оставили в покое.