— Да, ты права, — сказал он вслух, опуская взгляд к бумагам, чтобы скрыть свои мысли. — Им тоже следует участвовать. Я распоряжусь.
— Ваших генералов трогать не буду, — голос её звучал ровно, без тени насмешки. — Что выросло, то выросло. Но с молодыми офицерами ещё можно поработать.
Принц молча вспомнил её бой с генералом До. Тогда она не просто победила — она уничтожила. В три движения. На глазах у всех. «Генералов не тронет. Боится, что сломаются? Или что время тратить зря?»
— С офицерами я бы занималась отдельно, — продолжала она. — Во второй половине дня. Если они смогут уделить мне час-два.
— Хорошо, — кивнул он. — Когда хочешь начать?
Она пожала плечами — жест, от которого у принца почему-то защемило сердце. Так пожимают плечами только те, кому всё равно. Те, кто уже прошёл через всё.
— Хоть сегодня. Через два часа.
Она развернулась и пошла к двери.
— Ли Сиань, — окликнул он.
Она остановилась, не оборачиваясь.
— Ты сегодня… хорошо справилась.
Пауза. Он видел, как напряглась её спина, как пальцы сжались в кулак у бедра.
— Я знаю, — сказала она не оборачиваясь. И вышла.
Дверь закрылась. Принц долго сидел неподвижно, глядя на огонь свечи. В голове его крутились слова, которые он не сказал: «Ты не просто справилась. Ты заставила их забыть, что ты женщина. Ты заставила их видеть только мастера. Как тебе это удалось? И какая цена у этого умения?»
Но дверь была закрыта. И ответа не было.
Глава 23 О пользе нежелания нравиться и вреде праздных фантазий
Во второй половине того же дня девушка стояла на плацу перед двумя десятками офицеров.
Солнце клонилось к закату, тени вытянулись, и фигуры военных казались выше, чернее, значительней. Она обошла строй медленно, как тигр обходит клетку перед тем, как выбрать, кого съесть первым. Вглядывалась в лица, в руки, в постановку ног. Один нервно переступал с пятки на носок — отсеяла. Другой смотрел в сторону, а не перед собой — отсеяла. Третий дышал слишком шумно, выдавая волнение — тоже мимо.
Закончив круг, она вернулась на место и заговорила тихо, но так, что услышали все:
— Если кому-то не по нраву заниматься под началом женщины — скажите прямо сейчас. Станете моими любимчиками.
Офицеры переглянулись. Кто-то хмыкнул, кто-то спрятал улыбку в усы. Молчали.
— Раз любимчиков не будет — начнём.
Два часа пролетели как одно мгновение. Она гоняла их по всему плацу, заставляя повторять одни и те же движения десятки раз, пока мышцы не начинали гореть, а дыхание не сбивалось в хрип. Она врезалась в их строй, выбивала оружие, останавливала удар в дюйме от горла. Она не щадила никого.