— Я отнесу тебя в постель, — сказал он тихо. — Не бойся.
— Ваше Высочество, — её голос был хриплым со сна, — простите, но я там замёрзла. У вас нет ещё одного одеяла?
Он понёс её к кровати, чувствуя, какая она лёгкая — как птица, как пустота, которую он хотел заполнить собой.
— Боюсь, что нет. — Он положил её на постель, оставив место рядом. Расправил одеяло, накрыл. — Но со мной ты не замерзнешь.
— Я не хочу… с вами… — начала она, но в голосе её не было прежней твёрдости, только усталость и смутная надежда на то, что он отступит.
— Давай хотя бы ночью не будем спорить? — он лёг рядом и обнял — нежно, но надёжно, как обнимают что-то хрупкое и бесценное.
— Вы можете… хотя бы не обнимать меня?
— Так ты точно не замёрзнешь, — ответил он спокойно и твердо. — Всё! Спи!
И вздохнул — глубоко, удовлетворённо. Сделал вид, что уже задремал.
Она полежала какое-то время, боясь пошевелиться, чувствуя его тепло через тонкую ткань рубашки, слыша ровное биение его сердца. А потом — сама не заметила как — её дыхание выровнялось, и она провалилась в глубокий сон, впервые за долгое время чувствуя себя в безопасности.
Он не спал. Смотрел на её лицо, такое расслабленное и беззащитное, и понимал, что все давно уже решил сам. Она назвала его другом. Она считала, что так будет правильно. Но он привык сам решать, что правильно, а что нет.
И это было его самым заветным желанием.
Глава 75 Сон о красном, который не сбылся, и утро, которое все изменило
До утра она проспала в тепле и покое — глубоко, без сновидений, словно провалилась в мягкую темноту. Но когда принц бесшумно поднялся и ушёл из постели, тишина вокруг стала другой, и пришел сон.
Ей приснилось, будто она поднимается по каменным ступеням — широким, высоким, холодным. На голове — красная полупрозрачная накидка. Она сразу узнала её: в таких накидках в её царстве выдавали девушек замуж. Она опустила глаза — длинное алое платье колыхалось в такт шагам, подметая чистый древний камень. Кто-то крепко сжав её пальцы, тянул ее по этим ступеням вверх. Она с трудом повернула голову и увидела принца Ки — тоже в красных свадебных одеждах. Он тащил её, не отпуская, и улыбался.
Она вздрогнула, проснулась и открыла глаза.
— Проснулась? — Чжу Ди стоял в дверях спальни, уже одетый и бодрый, но в его взгляде была тревога. — Плохой сон?
Она увидела на себе второе одеяло — плотное, тёплое, то самое, которым он накрывался у камина.
— Вы нашли ещё одно одеяло? — спросила она, игнорируя его вопрос.
— Это моё.
— М-м-м. Ясно. — Она помолчала. — Мы поедем сегодня домой?