— Четыре условия. Первое: никто не должен знать, что я из Вэй. Меня украли, купили, нашли в капусте — что угодно, мне это не особо важно.
— Ли Сиань — не твоё настоящее имя? — он чуть прищурился.
Она промолчала, взяв следующий кусочек еды.
— И патриотизм тебе не свойственен? — усмехнулся он.
— Вы удивитесь, сколько вещей мне не свойственно, господин Чжу, — парировала она мгновенно. — Второе: я не участвую в делах гарнизона, дворца или государства. Только тренирую ваших солдат. Вы обеспечиваете мне защиту от любых посягательств.
— Допустим.
— Третье: если кто-то попытается навязать мне свою волю силой — я имею право его убить. И последнее: вы платите мне жалованье.
Принц сложил руки на груди, покачивая носком сапога.
— Что подразумеваешь под «навязать волю»?
Она встретила его взгляд без тени смущения.
— Вы поселите меня в гарнизоне, полном тренированных и сильных мужчин. Я не хочу рисковать. И церемониться.
— Хорошо, — кивнул он после паузы. — Согласен со всеми пунктами, кроме последнего. Сначала посмотрим, как ты тренируешь.
— Тогда я сначала хочу посмотреть, как тренируют ваши мастера. Мне нужно два-три дня.
Он усмехнулся — она даже не дрогнула, меняя его «посмотрим» на своё «посмотрю».
— Договорились.
— Когда я перееду из тюрьмы?
— Мне нужно время подготовить павильон.
— Могу я идти?
— Да.
Она поднялась тем же плавным движением — пружина, которая распрямилась, готовая в любой момент сжаться вновь. Но в дверях обернулась. Тень упала на её лицо, сделав черты неуловимыми.
— Надеюсь, вы помните главный уговор о моей свободе, Ваше Высочество? — голос прозвучал тихо, но от него по спине принца пробежал холодок.
— Помню, — ответил он. И отметил про себя: «Всё-таки назвала титул, как положено. Когда ей это выгодно».
— Хорошо. Иначе всё это бессмысленно.
Дверь закрылась. Стук её шагов затих в коридоре.
Чжу Ди ещё долго сидел в неподвижности, глядя на остывающий чай и нетронутый гриб в её пиале. Кажется, он только что не просто проиграл эту битву — он обнаружил, что поле боя, на котором он привык сражаться, исчезло. А на новом поле правил не знает никто. И меньше всех — он сам.
Глава 22 О кресте, который вращается по воле ветра с запада
Было решено, что девушка начнёт тренировки с первого дня летнего месяца.
За несколько дней до назначенного срока она каждый день приходила на плац. Садилась в тени, скрестив ноги, и наблюдала за занятиями офицеров. Взгляд её скользил по шеренгам, цеплялся за движения, сравнивал, отсеивал лишнее. Иногда она закрывала глаза — и тогда перед внутренним взором вставал отец.