Остановись, — сказала она себе. — Ты же не за него болеешь. Ты ни за кого не болеешь.
Но глаза не слушались.
Они закончили через полчаса — вымотанные, потные, с несколькими синяками и ссадинами, но без явной победы. Поклонились друг другу — коротко, по-воински — и подошли к мастерам.
— Ну что ж, господа, — мастер Ву покачал головой, — к сожалению, ваш поединок опять не выявил победителя. Вы равны, как две чаши на весах.
Ван Лун, тяжело дыша, вытер лицо рукавом — и вдруг повернулся к Сиань. Его глаза, обычно насмешливые, сейчас были серьёзны.
— А что вы думаете, госпожа Ли? — спросил он. — Как я вам в деле?
Она замялась. Сказать правду? Или смягчить?
— Не знаю, господин Ван. Простите, но я не разглядела. — Она подбирала слова осторожно, но честно. — Когда смотришь на танцоров, взгляд непроизвольно всегда останавливается на лучшем из них. Вы согласны? — Она перевела дух. — Я не могла оторвать взгляд от Его Высочества.
Тишина повисла над площадкой.
Она мельком взглянула на принца — и тут же опустила глаза, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Его лицо ничего не выражало, но она заметила, как дрогнули уголки его губ. Совсем чуть-чуть. Едва заметно.
— Извините, — сказала она, пятясь назад, — но мне пора идти. Скоро начнётся моя тренировка.
Она развернулась и зашагала прочь, стараясь изо всех сил идти не быстрее обычного.
На площадке остались трое.
Ван Лун смотрел ей вслед долго, потом перевёл взгляд на принца.
— Крепкий орешек, — усмехнулся он, и в голосе его прозвучало что-то похожее на недоверие. — Всё готова сказать, лишь бы её не раскусили.
— Она всегда говорит то, что думает, — одновременно ответили мастер Ву и принц.
И переглянулись.
— Или молчит, — добавил принц тихо.
Его сердце таяло.
Глава 70 Конфуций: трезвость сердца не зависит от вина
Этим же вечером, когда Ли Сиань уже засыпала в своём павильоне — под тёплым одеялом, с книгой, выпавшей из рук, и с ощущением, что день наконец-то закончился, — в дверь громко постучали.
— Госпожа! Госпожа! — голос служанки был встревоженным. — Вставайте, срочно!
Сиань не открыла глаз. Она натянула одеяло повыше, накрылась с головой и пробормотала что-то нечленораздельное.
— Госпожа, Его Высочество вас вызывает! В гарнизон! Сейчас же!
Она замерла под одеялом. Потом медленно высунула нос и спросила:
— Это шутка?
— Какая уж тут шутка! — служанка всплеснула руками. — Охрана принца стоит у ворот, в полном боевом, ждут, чтобы сопроводить. И принц, говорят, весь в нетерпении. Всё серьёзнее некуда.
— Нормальные люди спят по ночам, — бурчала Сиань одеваясь. — Нормальные командующие не дёргают подчинённых в полночь. Что за варварские порядки?..