— Небеса бывают жестоки, Ваше Высочество, — тихо предостерегла она, отводя взгляд. — Будьте осторожны.
Глава 31 Сказание о том, что за ширмой скрывается больше, чем кажется
В лавке старого господина Линя царил запах, который запоминают на всю жизнь или забывают сразу после выхода — дорогие ткани, сандаловое дерево, легкая сладость благовоний и что-то еще, неуловимо напоминающее о женских покоях, куда мужчинам вход заказан.
Огромная ширма из резного дерева отгораживала угол для примерок. Туда и проводили Ли Сиань. Принца же, как почетного гостя, усадили на лаковую софу в зале и поднесли чай.
Она вошла за ширму и выдохнула. Здесь пахло иначе — пудрой, шелком, тайной.
Сам господин Линь, почтенный и седой, остался по внешнюю сторону ширмы — формально он не мог переступить эту грань. Все манипуляции совершала его помощница, грузная женщина с на удивление проворными руками, пахнущими пудрой. Но присутствие старого портного, его голос, его взгляд, который будто проходил сквозь ширму, — всё это заставляло Ли Сиань испытывать жгучее смущение.
Однако господин Линь был непреклонен в своем ремесленном долге. Для него тело было лишь формой, которую предстояло одеть.
— Госпожа, снимите, прошу, верхнее платье, — раздался его спокойный голос. — Госпожа Ши, приступайте к замерам.
Она подчинилась. Ткань скользнула с плеч.
— Так… — Господин Линь говорил размеренно, будто диктовал цены на рис. — А теперь прошу снять всё, что мешает. Замеры, госпожа Ши!
Помощница взялась за шнуровку её нижнего платья, и в следующее мгновение застыла.
Руки и плечи девушки были испещрены сине-желтыми пятнами — цветущая гамма заживающих синяков, от фиолетового через лиловый к грязно-зеленому. Госпожа Ши невольно бросила взгляд в сторону ширмы, за которой невозмутимо попивал чай принц.
Ли Сиань почувствовала этот взгляд кожей. Щеки вспыхнули.
— Госпожа Ши, — сказала она тихо, но четко, — это не дело рук Его Высочества. Я тренирую солдат гарнизона. Иногда приходится несладко.
Она надеялась, что голос звучит ровно. Надеялась, что за ширмой не слышно. Надеялась, что земля разверзнется и поглотит её прямо сейчас, вместе с этой дурацкой ширмой и не менее дурацкими замерами.
— Госпожа, — подал голос господин Линь, — разница между замерами… весьма значительна.
Пауза. Он замялся и кашлянул.
— Я всего лишь портной, но за долгие годы наслушался советов лекарей. Вам вредно так сильно стягивать грудь. Это губительно для здоровья.
— Благодарю за совет, — ответила она сухо, стиснув зубы.
— Судя по всему, вы обладаете прекрасными формами, — продолжал старик с профессиональной бесстрастностью, — которые требуют иного подхода.