— I've just kissed you. Я только что тебя поцеловала. Понял? Ну вот, теперь сам придумай пример. Ну хотя бы один.
Морозов тут же подался ко мне и накрыл мои губы своими. И еще ладонь положил мне на затылок, чтобы не отклонилась. За минувшие две недели, что мы с ним встречаемся, он хорошо натренировался в этом деле. И теперь целовал не только горячо и жадно, но и уверенно.
За дверью скрипнули половицы, и мы синхронно друг от друга отодвинулись, прервав поцелуй.
— I've just kissed you toо (Я только что тоже тебя поцеловал), — шумно дыша, произнес он хриплым полушепотом. — Подходит пример?
В дверь постучали, и затем к нам заглянула его бабушка. Позвала обедать.
Со мной она, похоже, смирилась. А когда увидела, что я с ним делаю уроки, то вообще прониклась.
— Я котлеток нажарила, идите кушать.
Отказаться от ее котлеток было равносильно личному оскорблению. Так что я проглотила одну и засыпала ее комплиментами.
После обеда Макс скрылся в ванной, а мы с ней остались на кухне вдвоем.
— Вы очень вкусно готовите, — сказала я первое, что пришло на ум.
— Так столько лет живу.
— Я бы тоже хотела уметь вкусно готовить.
— Ну на это много ума не надо, главное, чтобы руки росли, откуда надо. Мать-то что, не учила тебя?
— Она не готовит сама.
Бабушка Макса фыркнула, типа, ничего удивительного.
— А хочешь — научу? Борщ варить, котлеты делать, тесто на пирожки замешивать.
— Буду рада.
Не то чтобы я всей душой рвалась стать поваром, но считаю — всё в жизни пригодится.
— Ну вот завтра придешь с Максимом заниматься, а после можем вместе что-нибудь состряпать.
— Отлично, — улыбнулась я.
А потом в дверь позвонили. Она тяжело поднялась с табурета и, кряхтя, пошла в прихожую. Щелкнул замок, звякнула цепочка, а затем я услышала голос Сороки:
— Здрасьте, баб Маш.
— Варюша? Ну здравствуй. Ты что-то хотела?
— Ну я… да… к Максиму.
— А его дома нет, — соврала бабушка Макса. Я аж изумилась.
— А можно я у вас подожду?
— Да он на тренировку ушел, не скоро еще будет, а я хочу прилечь. Что-то нездоровится мне. Ты иди-иди. Потом как-нибудь…
Она захлопнула дверь и вернулась на кухню, и почти сразу из ванной вышел Макс.
— Кто приходил?
— Да никто, — махнула она рукой.
Мы еще немного позанимались русским, а затем Макс отправился провожать меня домой. Мы вышли на улицу, и чуть поодаль я увидела Сороку. Она сидела на качелях на детской площадке и караулила его подъезд. А затем увязалась за нами. Плелась на некотором расстоянии, но явно не просто так. Мне даже как-то не по себе стало. Вот же одержимая!
— Я с ней потом поговорю, — пообещал Макс, заметив мое беспокойство.