Принц ждал.
— Как ее зовут? — спросил он мягко.
Ли Сиань посмотрела на него. Долго. Спокойно. Будто что-то решая про себя — в последний раз, окончательно и бесповоротно.
— Ли Сиань, — сказала она. — Ее зовут Ли Сиань. Вы же наверняка давно знаете мое настоящее имя.
Он замер. Щетка, которую он снова взял в руки, застыла в воздухе. Их взгляды встретились — и в этот миг между ними повисло что-то новое. Не признание, нет. Скорее — молчаливое соглашение. «Я знаю, что ты знаешь. Ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь. И мы больше не будем притворяться.»
Она смотрела на него все так же спокойно и задумчиво, а потом вдруг поежилась — мелко, по-птичьи, — и сказала:
— Я пойду в дом. Здесь холодно. Бедный конь.
И развернулась. И вышла. И дверь за ней закрылась с тихим, влажным стуком.
Принц остался в сарае один. Конь ткнулся теплой мордой ему в плечо, требуя продолжения ласки. Чжу Ди машинально погладил бархатный нос и уставился в стену.
Он не знал, что чувствует. В груди было тесно и горячо, будто там, под ребрами, разожгли маленький, но очень жаркий костер. И этот костер грел сильнее, чем все очаги мира.
* * *
Когда он вернулся в дом, тщательно вымыв руки и переодевшись в сухое, в комнате было тихо. Ли Сиань лежала в кровати, отвернувшись лицом к стене, и накрылась двумя одеялами — так, что снаружи осталась только макушка со светлыми волосами.
Он присел на край постели. Та чуть прогнулась под его весом. Девушка не шелохнулась.
— Ты спишь? — спросил он тихо.
— Ммм, — донеслось из-под одеял. Звук был неопределенный — ни «да», ни «нет», а так, туманное нечто.
Он помолчал. Потом решился.
— Мы можем поговорить, Сиань? — Он впервые назвал ее так, просто по имени, без титулов, без «госпожи Ли». — Или мне лучше называть тебя Бу Джо?
Одеяло чуть шевельнулось.
— Нет, не стоит. — Голос был глухим, но не враждебным.
— Джо… А мне нравится это имя. — Он позволил себе легкую, почти невидимую в темноте улыбку. — Ну, хорошо. Послушай. Я понимаю, что для тебя это все… неожиданно и необычно. Я имею в виду мои чувства к тебе. Но ты можешь хотя бы подумать об этом? Попробовать изменить свое мнение на этот счет?
Тишина.
— Ты права, мы научились общаться друг с другом спокойно совсем недавно. И это для меня очень дорого. Ты раньше вообще ни одного предложения без хамства не строила.
Из-под одеяла донеслось что-то похожее на фырканье.
— Видимо, я зря перестала это делать, — пробормотала она. — Почему мы просто не можем остаться… ммм… друзьями?
— Я боюсь, что ты отдашь свое сердце другому.
— Мое сердце замкнуто на тысячу замков.