Он быстро взглянул на нее — один короткий, острый взгляд, — и тут же отвернулся обратно к лошади, будто та требовала всего его внимания без остатка.
Ли Сиань прислонилась плечом к грубо отесанному столбу, поддерживающему крышу. Скрестила руки на груди — то ли от холода, то ли защищаясь. В сарае было теплее, чем снаружи, но все равно зябко.
— Ей тут не холодно? — спросила она, кивая на лошадь.
— Ему, — ответил принц, не оборачиваясь.
— А… это конь.
Повисла пауза — долгая, наполненная только мерным шорохом щетки по лошадиной шкуре и тихим, умиротворенным пофыркиванием животного.
Принц остановился. Положил щетку на край стойла. И повернулся к ней — наконец-то полностью, всем телом, всем вниманием.
— Не читается?
Она моргнула, будто он разбудил ее от полудремы.
— Что? А… да. Не читается.
— Почему?
Она пожала плечами и отвела взгляд куда-то в угол сарая, где в полумраке поблескивала паутина, унизанная каплями влаги.
— Не знаю. Пусто в голове. Наверное, из-за дождя. Не могу сосредоточиться. Мысли в разные стороны расползаются… как сонные мухи.
Она усмехнулась — невесело, краем губ, — и тут же снова стала серьезной.
Принц молчал. Ждал. Он уже научился — с ней нельзя давить. С ней можно только ждать, пока она сама решит открыть дверь.
И она открыла. Чуть-чуть. На ширину ладони.
— Раньше, в такие моменты, за меня думала моя служанка. Она была очень сообразительная. — Голос Ли Сиань стал глуше, словно она говорила не с ним, а с тем углом сарая, с той паутиной в каплях дождя. — Надеюсь, с ней все хорошо… Но это вряд ли. После смерти отца… кто мог о ней позаботиться? Главное, чтобы она не попала во дворец…
Она замолчала. Нахмурилась. Смотрела перед собой невидящим взглядом — туда, где не было ни сарая, ни дождя, а было что-то другое. Прошлое. Далекое и колючее, как заноза под кожей.
Потом вдруг встряхнулась, будто очнулась, и посмотрела прямо на Чжу Ди. Глаза у нее были ясные, трезвые, цепкие.
— А у вас же есть шпионы в нашем царстве?
Принц чуть склонил голову к плечу. Уголок его рта дернулся в подобии улыбки.
— Ну, допустим. Ты хочешь, чтобы я узнал о твоей служанке?
— А это возможно?
— Можно попробовать. — Он сделал крошечную паузу, и в голосе его мелькнуло что-то почти теплое. — Это как раз работа для господина Юэ Лина.
Она выдохнула. Выдох получился долгим, с присвистом, будто она сбросила с плеч мешок камней, который тащила невесть сколько времени.
— Было бы здорово, Ваше Высочество. Хоть за нее у меня бы тогда душа не болела… — Она снова отвела взгляд, и голос ее упал почти до шепота. — Хотя только за нее она у меня и болит. Но я не уверена, что действительно хочу знать… что ее больше нет.