Что они чувствуют сейчас и что будут чувствовать через несколько минут, когда пронизывающий поток ледяного ветра начнет выдувать из их тел остатки тепла? Когда начнут рваться хлипкие крепления, на которых держатся ниточки их жизней? Какие слова прозвучат в адрес пилота, обрекшего доверившихся ему людей на смерть?
Рэй закусил губу и прижал кнопку форсажа. Ускорение вдавило его в спинку кресла.
Восемьсот километров в час.
Девятьсот.
Тысяча. Внизу промелькнули несколько зеленых точек.
Тысяча двести. Умная электроника оповестила о непреднамеренном сбросе трех ракет. По щеке лейтенанта скатилась злая слеза.
Тысяча шестьсот километров в час. Еще один сброс.
Вдали наконец-то появилось изображение быстро приближавшегося корабля.
Пилот несколько раз моргнул и включил режим полного погружения. Окружающий мир расцвел топографическими сетками, отметками высот и рекомендованными посадочными коридорами.
Для того чтобы успешно посадить самолет, Гивену требовалось сделать небольшой разворот, снизить скорость практически до ноля, а затем положиться на удачу.
Он начал убирать тягу.
— Рэй, ты молодец. Температура за бортом — минус восемьдесят четыре градуса. Это приемлемое значение. Осталось немного. Тебя встречают, тебе помогут.
Лейтенант вернул обычную картину мира. Сажать самолет в нормальном режиме ему всегда было удобнее. Даже на такую куцую полосу…
Шасси ударились о настил, крюк зацепился за трос аэрофинишера…
В следующий момент трос лопнул.
Машина, разворачиваясь на скользком металле, понеслась к краю палубы.
— Твою мать…
Целую секунду Рэй завороженно глядел в сторону быстро приближавшейся пропасти, стараясь найти верное решение. Затем сработали рефлексы и летчик, успев нажать кнопку экстренного сброса бомб, дернул за рычаг катапульты.
Колпак кабины отлетел в сторону, кресло выбросила вверх реактивная струя, потом над Гивеном распахнулся купол парашюта, а истребитель, моментально растерявший всю свою грациозность, рухнул на далекий лед.
Удар. Поднимающаяся вверх ледяная крошка. Пара язычков пламени, пробившихся сквозь покореженный остов. Яркая вспышка и клубы огня, жадно облизнувшие борт авианосца.
Рэй начал дергать за стропы, пытаясь скорректировать полет и опуститься на палубу.
Там, внизу, бегали и суетились люди. Кто-то смотрел в его сторону, кто-то копошился рядом с двумя большими свертками, неподвижно лежавшими возле самого борта.
— Неужели действительно получилось…
Джульетта Грин, оператор беспилотных аппаратов. 3387
— У меня не получилось… не получилось…
Джул остекленевшими глазами уставилась на свой экран.