Пришлось последовать его примеру.
— А ничего так, — заметил оператор, активно работая челюстями. — Вы отличный повар, мистер Ки.
Роберт бросил на журналиста мрачный взгляд, но не стал объяснять, что называть флотского кока поваром — это оскорбление. Скорее всего, чертов сиэнэновский хлыщ и так отлично об этом знал.
Около получаса они провели под наблюдением доктора, затем Хоуку все надоело — он сообщил что на корабле творятся и более интересные дела и ушел, пообещав зрителям дать полный отчет об эксперименте следующим утром.
Остальные тоже начали расходиться. Полицейский, аналитик…
Неприятности начались в тот момент, когда отпущенный к себе в каюту Роберт уже готовился лечь спать. Сначала кока накрыло легкое головокружение. Пытаясь удержать равновесие, он облокотился на спинку койки… и внезапно ослабевшие руки предали его, заставив упасть поперек ложа.
— Да чтоф фя…
Губы отказывались слушаться. В животе проснулась пока еще легкая боль.
— Пофохите…
Роберт попытался крикнуть, но не сумел этого сделать. Боль стремительно нарастала, туманила сознание…
Он успел подумать о том, что проклятому оператору сейчас тоже приходится несладко. А затем потерял сознание.
Найджел Гатлинг, шеф военной полиции. 3410
— Гребаное дерьмо, — не особо цензурно высказался Найджел, когда они с сопровождавшим его десантником вскрыли каюту Роберта Ки. — Проклятое гребаное дерьмо…
Встав с кровати, он сразу же разбудил мисс Кокс и потребовал от нее отчет, но милая докторша оказалось не совсем в курсе текущих дел. Да, первые два часа она лично следила за здоровьем кока и наблюдала через телевизор за оператором, но затем Хоук отключился, а Ки ушел спать. И больше никакой информации об их самочувствии у нее не имелось.
Терзаемый нехорошим предчувствием, Гатлинг вызвал каюты подопытных.
Появившийся на экране оператор выглядел отвратительно, пытался заснуть прямо во время разговора, но все-таки шевелился и даже разговаривал. А вот кок не отвечал.
Оставив попытки достучаться до него через внутреннюю связь, Найджел отправился в гости. И теперь смотрел на лежавший поперек заправленной койки труп.
В душе все сильнее разгоралась ярость.
— Ты! — Палец уперся в морпеха. — Берешь кого угодно себе в помощь и тащишь сюда доктора Кокс, аналитика Джонса и оператора Хоука. Немедленно. Возражения не принимаются. Все вопросы — ко мне. Выполнять!
— Есть, сэр! Так точно, сэр!
Десантник что-то быстро проговорил в рацию и убежал в коридор. Гатлинг остался наедине с телом.
— Твою же мать. Кто мешал за всем проследить? Расслабился, идиот…