Незаметно прошло полчаса. Затем час.
Лейтенант осторожно размял онемевшие конечности, перебрался в кровать и спрятался под одеяло.
Элизабет Кокс, доктор медицины. 3392
Ночной холод быстро и уверенно исчезал под лучами поднимавшегося из-за горизонта солнца. Еще час назад вокруг стоял трескучий мороз, но прямо сейчас температура уверенно подобралась к нулю, затем ушла в плюс…
Вышедшая на палубу Лиззи была вынуждена снять теплую куртку — вокруг снова оказалось лето.
Лед в бухте стремительно таял и на ведущем к берегу мосту появились жаждущие урвать последний кусочек пляжного отдыха экстремалы. Доктор Кокс подняла брови, удивляясь людской глупости, но затем безразлично отвернулась. В конце концов, вряд ли сегодня кто-нибудь из отдыхающих займется ловлей ящериц.
Вслед за солнцем над горизонтом показался уже знакомый ей мрачный силуэт.
— Часа через три наша планета повернется так, что эта местность уйдет в тень. Интересное зрелище.
Элизабет оглянулась на подошедшего аналитика и удивленно вскинула брови:
— Доброе утро. Знаю, читала ваш отчет по этой системе. Что вы здесь делаете?
Джонс немного смутился:
— Увидел вас и решил составить компанию. Если вы не против, конечно.
— А вы сегодня покинете меня так же неожиданно, как и в прошлый раз?
— Нет, — собеседник обезоруживающе улыбнулся. — Сейчас не предвидится никаких срочных дел. Да и в течение следующих полутора месяцев — тоже.
— Да ладно… и кто тогда будет думать о будущем?
Девушка ощутила внезапный прилив тоски, а заметивший это Джонс почему-то стал очень серьезным:
— Элизабет, эти шесть недель лучше всего провести, полностью закрывшись от общества. Никто этого пока не осознает, но с приближением зимы люди начинают менять свое отношение к происходящему. Вы чаще грустите. Коммандер и большинство офицеров то впадают в меланхолию, то злятся. Среди десантников уже случилось несколько драк.
— И что это значит?
Джонс немного помолчал, задумчиво рассматривая берег.
— Знаете, мисс Кокс…
— Можно просто Лиззи, — улыбнулась она. — Меня почти все так зовут.
— Знаете, Лиззи… меня ведь учили отслеживать самую незначительную рябь, а затем предсказывать по ней будущие волны. Поэтому мой недавний температурный прогноз — это на самом деле однозначный провал. Я должен был увидеть всю картину гораздо раньше, но я расслабился… это тоже странно…
Джонс уставился вдаль, не замечая любопытного взгляда собеседницы. Потом вздохнул:
— К счастью, эта аномалия заставила меня прийти в себя.
— И каков итог? — Лиззи не выдержала очередной паузы.
— Итог… итог странный. А все наше поведение после Инцидента является ненормальным. Ни одного психоза. Ни одного самоубийства. Никаких истерик или нападений на офицеров. У команды нет банального желания разобраться в ситуации. По большому счету, всем наплевать даже на погибших друзей…