И бело-красная стрекоза, едва разминувшись с кораблем, плавно ушла в сторону.
— Не обращайте внимания, док, — снова раздался голос Тони. — Тезка любит пугать новичков. Но он у нас настоящий мастер, так что можно ничего не бояться.
Элизабет робко взглянула на сидевшего рядом пилота. Тот довольно-таки добродушно улыбался, искоса посматривая на пассажирку.
— Получилось, как в аттракционе, — осторожно сказала она.
Мужчина что-то пробурчал себе в усы, после чего снова посерьезнел. Наверное, он не любил аттракционы.
Авианосец на фоне заката смотрелся грандиозно и величественно. Тони-пилот специально опустил вертолет к самой воде и теперь корабль, черным силуэтом возвышавшийся среди крошечных волн, почти заслонял собой солнце.
— Отлично. Теперь давай сужающийся облет с набором высоты. На сто восемьдесят будет вполне нормально.
Их машина послушно взлетела по возвышающейся спирали и закончила движение как раз в тот момент, когда корабль оказался между ней и занимавшим уже треть небосклона потухшим гигантом.
— Снято, — голос Тони-оператора буквально звенел от удовольствия. — Это можно будет пустить на заставку какой-нибудь новой программы. Возвращаемся. Следующий вылет утром, когда подойдем к берегу.
Маленькое приключение, в котором неожиданно приняла участие Лиззи, закончилось. Вертолет приземлился на палубу, солнечный диск скрылся за горизонтом, стало ощутимо прохладнее. Небо окончательно расцвело тысячами мерцающих звезд.
— Не замерзните, док, — заботливо произнес оператор. — Топайте внутрь, здесь уже не будет ничего интересного. И это, когда найдется время — заскакивайте, полетаем еще.
— Спасибо, больной, — с легкой улыбкой ответила доктор Кокс. — На самом деле спасибо. Я первый раз летала на вертолете, а тут еще и виды такие…
Несколько смутившись, она протянула Тони руку. Хитрый пациент сразу же пододвинулся поближе, явно рассчитывая на нечто большее, но ничего не добился.
Погрозив ему на прощание пальцем, Лиззи шустро упорхнула с палубы.
Десантник Фил Скотт. 7165
Скотту было мучительно стыдно перед сослуживцами, готовившимися к высадке на материк.
Умом он отлично понимал, что с таким истощением организма даже после двух дней усиленной терапии шансов попасть в команду у него нет. Но душа по-прежнему рвалась в бой, призывая находиться как можно ближе к товарищам… и как можно дальше от корабля, где до сих пор гулял страшный черный кот.
Когда Васкес выслушал его сбивчивые объяснения, то довольно скептически хмыкнул, но все же пообещал обсудить этот вопрос с руководством. И вот сейчас, в предрассветных сумерках, Фил занимал одну из самых бесполезных в мире позиций, выполняя обязанности часового на мостике одного из десантных ботов.