— Э, фы хофорисе по-анхлийски?
Из-за спины донеслась пара крепких словечек. Собеседник Дона внимательно прислушался, но повторять их не стал. Вместо этого он неожиданно опустился на корточки и требовательно протянул вперед руки. Васкес сделал осторожный шаг вперед.
— Старшина, не надо, — послышался чей-то шепот.
Он не обратил внимания на эти слова и практически без колебаний занял место напротив черного существа.
В мозгу крутились не совсем уместные мысли о Ниле Армстронге, который когда-то первым ступил на поверхность Луны. По сравнению с ним Армстронг был всего лишь жалким неудачником…
Васкес осторожно протянул вперед руки. Кто-то встревоженно и сосредоточенно засопел.
Абориген еще раз смешно наклонил голову и коснулся пальцев человека своими конечностями.
Старшина почувствовал вспышку обжигающего холода, стремительно пронесшегося по всему его телу. А затем мир погас, оставив последним воспоминанием в угасающем мозгу любопытный и изучающий взгляд инопланетянина.
Десантник Фил Скотт. 7163
Отображавшиеся на экранах картинки немилосердно тряслись и крутились из стороны в сторону, но главное он все-таки увидел.
Постройки, абориген, смерть…
Тело Васкеса еще падало на песок, а в эфире уже раздался вопль какого-то морпеха из его отряда:
— Старшину убили!
Мгновение спустя заработали автоматы и черная фигура, получив несколько десятков попаданий, рухнула рядом со своей жертвой. На глазах у изумленного Фила поверженное существо сменило цвет на чистейший белый, а затем рассыпалось невесомой пылью.
В эфире бесновался капитан, требовавший прекратить стрельбу и вести себя мирно. А из-за конусов навстречу десантникам вышли уже три черные фигуры.
Солдаты, раздираемые на части естественным желанием стрелять в обнаруженного противника и прямым приказом этого не делать, замерли в тревожном ожидании.
Одно из появившихся созданий несколько секунд внимательно рассматривало горку лежавшей на песке белоснежной пыли, а затем отошло к ближайшей постройке и положило пальцы на толстую синюю прожилку. Второй рукой абориген сделал грациозный жест…
Вспыхнувший яркими разводами синих линий конус буквально расцвел фонтаном ослепительных молний.
Два отделения десанта в мгновение ока прекратили свое существование.
Фила прошиб холодный пот. Сослуживцы, еще недавно живые и полные сил, обугленными манекенами падали в расплавившийся от чудовищной температуры песок. Погружались в вязкую стеклянную массу, застывали там…
Словно муравьи в янтаре.
— Вот дерьмо, — одновременно произнесли они с лейтенантом.
Стоявший перед их ботом танк подпрыгнул от выстрела и уничтоживший солдат конус разлетелся на мелкие кусочки. Осколки ударили по кустарнику, деревьям, черным фигурам…