Фантастический стеклянный лес в мгновение ока превратился в стеклянный ливень.
— Я поражаюсь с этой планеты, — покачал головой Хоук. — Здесь…
В наушниках раздался испуганный вопль. Корпус сотряс легкий удар. Потом дисплей отключился, турбина издала громкий скрежет, а сам вертолет накренился и стал медленно заваливаться куда-то в сторону.
Между ногами у оператора выскочил непонятный штырь. Диаметром в карандаш, гладкий, отливающий черно-стеклянным блеском…
— Дерьмо, дерьмо, дерьмо!
Второй раз за последние дни Тони Хоук терпел крушение и второй раз это не доставляло ему никаких приятных ощущений.
Он лихорадочно дернул аварийный рычаг, но систему катапультирования явно заклинило.
— Питер! Питер, мать твою!
— Это база, что у вас случилось? — В шлеме послышался неизвестный спокойный голос.
— Мы падаем, черт возьми! Питер, сукин сын, сделай что-нибудь!
— Это база, что у вас случилось?
Ругаясь последними словами, журналист нащупал на шлеме какие-то переключатели и начал ими щелкать. Ничего не произошло.
— Питер!
Питер не отвечал. Но аварийная система, на разработку которой много талантливых умов потратили не один год, все сделала за него. Отметив попадания, зафиксировав критический сбой в работе двигателей и получив отчет о прекращении жизнедеятельности одного из пилотов, компьютер выполнил приоритетную задачу спасения жизни второго члена экипажа, буквально развалив вертолет на куски.
Над головой Тони распахнулся парашют, но морская гладь оказалась слишком близко.
— Х-ха…
Упавшая на воду спасательная платформа полностью выполнила свою задачу, максимально смягчив посадку и сохранив жизнь находившемуся на ней человеку. А затем отстрелила парашют и превратилась в качающийся на легких волнах плот.
Оператор помотал головой, стараясь избавиться от летавших перед глазами звездочек.
— Везет мне как утопленнику…
Элизабет Кокс, доктор медицины. 3409
Смотревшая телевизор Элизабет прикрыла рот ладошкой и замерла.
Веселые стрельбы, закончившиеся едва различимым, но все равно очень впечатляющим стеклянным дождем, сменились какой-то неразберихой и руганью в эфире. Затем внутренности кабины сменились изображением неба, парашюта…
Улетающие куда-то вдаль обломки. Показанное под углом в сорок пять градусов море.
— Везет мне как утопленнику…
Картинка пропала, сменившись сплошной чернотой — ретрансляционный блок вертолета не выдержал превратностей судьбы и отключился.
Лиззи продолжала глядеть на пустой экран.
Капитан Эрик Роджерс. 3409
Первая реакция капитана Роджерса на случившееся оказалась не совсем литературной: