— Это твоя сестра? — игриво спросил бородач.
— Нет, дочь.
— Не может быть! — вскликнул он, изобразив шок, и она кокетливо хихикнула.
Наблюдать это представление дальше у меня просто не хватило терпения. Злая как черт, я вернулась назад, вскарабкалась на свою полку и отвернулась к стене, пытаясь уснуть.
Уже была глубокая ночь, когда заявилась мать. Весь вагон мирно спал. Даже я дремала, несмотря на то что подо мной храпел дед. Но заслышав ее возню, я сразу проснулась. Правда, не подала виду, а молча следила сверху.
Мать, в полутьме и спьяну, видать, оступилась и, не удержав равновесие, плюхнулась на чужую полку, прямо на храпящего деда, перепугав его до смерти.
— Простите-извините, — пьяно пролепетала она.
Сразу пахнуло перегаром. Даже туалетную вонь перебило.
Вообще прекрасно!
Она, что-то невнятно бормоча под нос, переместилась к себе. Села, тяжело дыша. А затем стала звать меня довольно громким полушепотом.
— Ева! Ева!
— Что? — сердито прошипела я.
— Ты спишь, что ли? А долго нам еще ехать? А есть водичка? У меня голова кружится…
Не выдержав, на нее заматерился дед, и мать, обиженно поохав, успокоилась.
Утром я еле ее растолкала.
— У меня так голова раскалывается, — стонала она. — Нет у тебя таблетки?
— Нет. Пить надо меньше, — буркнула я.
— Ты прямо как твой отец, — поморщилась мать недовольно. Потом достала из сумки мою карточку, протянула мне и чуть ли не с гордостью сообщила: — А я, между прочим, ни рубля не потратила вчера. Как говорила моя мать: «Сэкономила — считай, заработала».
Я хотела в тему съязвить, типа, нашлась работница, но заметила, что блузка на ней надета наизнанку. И чуть не задохнулась от стыда и злости.
Скорее сунула ей кофту.
— Надень.
— Зачем? Нам же только через час выходить. А тут и так жарко.
— Надень, — повторила я тверже, теряя терпение.
Она нехотя сунула руки в рукава.
А мне опять было из-за нее стыдно. Перед мужиком, который ей уступил место, перед теткой с бокового сиденья, которая косилась на нее осуждающе всю дорогу, даже перед храпящим дедом.
Не так, конечно, сокрушительно стыдно, как позапрошлым летом, когда она выступила во всей красе перед моими одноклассниками и их родителями. Тогда у нас было что-то вроде мини-выпускного после девятого класса. Торжественную часть она просидела как приличная, а в ресторане хорошенько подпила — и понеслось. Она умудрялась флиртовать напропалую со всеми, кто был в штанах: от чужих отцов и нашего физика до молоденьких официантов. Призывно улыбалась каждому, строила глазки, отсыпала комплименты в духе: «Какие у вас красивые и сильные руки».